Не удивляйся таким подробностям. После освобождения из тюрьмы мы больше никогда не оставляли его в одиночестве, исправно неся караул, куда бы не последовал Влад. Богдан, Драгош, Йона и Юстин — мы всегда были с ним. Осталась только я, — Лала ненадолго замолчала, погрузившись в омут памяти.
— Мы знали, что он никогда нас не подведёт, и все мы жаждали только одного — мести. За наши семьи, за наших друзей, за нашу утопленную в крови землю. И Влад нас не подвёл. Люди и так видели в нём дьявола, поэтому он просто решил стать тем, кого они так жаждали увидеть.
Кто такие вампиры, Влад узнал ребёнком, пребывая в плену. Он нашёл способ обратиться. И обратил тех, кто пожелал. Мы все так давно хотели крови, что почти не почувствовали разницы, — шёпотом продолжала свой страшный рассказ Лала. — Мы словно были готовы. Жажда была нестерпимой. И вот у нас наконец появились силы и острые зубы вместо мечей, которые не помогли нам одержать победу.
Тихо. Очень тихо. Не торопясь. Мы удостоили личной встречи с дьяволом каждого, кто предал нас. Их агония была долгой. «Удовольствие» заняло не день, не неделю. Кто-то получил годы, а кто-то все двенадцать лет непрекращающегося кошмара одиночества и иссушающей боли, — сытное удовлетворение сочилось в голосе Лалы, огонь сумасшествия пылал в глазах. — Мы забрали всех: предателей с поля брани, бояр, овец в волчьей шкуре, султана — всех.
Влада не мог остановить никто. Ему не было равных, — в запале продолжала Лала. — Я поклялась, что буду предана ему, ещё малышкой, когда он не позволил остальным тронуть девочку-бастарда своего отца. Он дрался за меня, когда я была для него никем. Выродком служанки неуёмного в своём сладострастии папаши. У таких девочек, как я, была только одна судьба, один путь. Но Влад, будучи всего лишь на три года старше меня, решил иначе.
Беспредельная любовь и преданность, граничавшие с безумием, сияли на лице вампирши адовым пламенем.
— Я хотела быть для него всем, но приняла место, которое он смог предложить. И мне было искренне жаль Влада, когда он смотрел, как камнем в пропасть неслась его жена. И было до скрежета больно, когда на его руках умирала Анна. Враги прознали, кто убирает мусор по всей округе и стали выслеживать Влада. Сквозь нас им было не пройти, пусть Влад справился бы и в одиночку, но Анна… Её мы не охраняли, — Лала закусила губу, словно кляла себя за досадный промах. — Я была там, в той маленькой горнице, где они виделись. Он держал её в своих руках, когда её сердце остывало. Она не захотела стать такой как мы, но не смотрела на Влада словно на демона. Разве только как на демона, лишившего её сердца и сна. Её последними словами были слова любви. Она говорила, что очень счастлива. Что она счастливейшая из женщин. Он слушал молча, — голос Лалы дрогнул. — Я видела, как ужас лишил его движения — он был не готов потерять Анну. Но не мог пойти наперекор её желанию и спасти. Мы все знали заранее, что Анна никогда не согласится — она была просто девушкой с мельницы, отдавшей сердце пареньку, подкидывавшему одуванчики на её подоконник. И тем была счастлива, встретив конец, тогда, когда он постучался к ней в дверь.
Не знаю, говорил ли он когда-нибудь, что любит. Говорил ли он это хоть раз, — задумчиво произнесла вампирша. — В отличие от мужчин, так часто вонзавших нож в спину, ему всегда везло с женщинами. Все были ему верны. Я, Анна, Юлиана, ты, — вампирша перевела на меня взгляд. — Вижу, ты ошарашена. Передумала спускаться?
Я обессиленно мотнула головой.
— Я так и думала. Отдохнёшь?
— Нет, — я поднялась, едва удерживаясь на ногах и, шаркая подошвой, приблизилась к колодцу.
Внутри царила тьма.
— Значит, Цепеш, — промямлила я, но Лала расслышала, обойдя меня стороной и встав по другую сторону огромной дыры.
— Ты… не знала?
Я молча посмотрела на Лалу, давая ей прочесть ответ на моём лице.
— Не Цепеш, — поправила меня Лала. — Дракон. Или просто Влад.
Она была права. До истории мне не было дела. Прошлое должно оставаться в прошлом — Влад был прав, когда не захотел объяснить, кто он. Мне не нужно было знать, сколько ужаса и горя пришлось ему испытать. Для Лалы он был Драконом, когда-то спасшим маленькую никому не нужную принцессу. Для меня просто Владом — молодым мужчиной, от которого я не могла оторвать глаз. Цепеш, тиран, демон, сатана — каждый выберет то, чего хочет или чего заслуживает.
Как бы то ни было, там внизу, я собиралась встретиться именно с Владом, какая бы его ипостась не собиралась встретиться со мной.
Вонь тёплой протухшей воды обволакивала плотным коконом. Под ногами стояла сплошная лужа воды, поднимавшаяся на высоту подошвы сандалий так, что мне казалось, будто я стою прямо на дне канализационного стока. К счастью, я почти не могла разглядеть тёплую, словно подогретый в микроволновке суп, жижу.
Вокруг было темно. И всё же, несмотря на мои ожидания кромешной тьмы, мрак не лишал зрения. Сверху, со всех сторон, косые лучи холодного лунного света кусками резали тень.
