Снова посмотрел на мазель Шойн, ища ответы на свои вопросы. Но та всё так же держала глаза опущенными вниз. Судорожно и нервно сглотнула. В моём присутствии часто выглядели так, понимая, сколько власти сосредоточенно в моих руках. И эта не исключение. Перепугана до крайности. Дышит-то едва-едва. Того гляди помрёт прямо тут, а мне потом разбираться.
- А если я пообещаю, что никому не скажу, что дуаль Вайх мёртв? - спросила Жаклин вздорно вздёргивая упрямый подбородок. - Я слышала, как ты говорил, что спишите тревогу на учения и скроете все следы до окончания расследования его смерти.
- Быстро же вы сориентировались. И кажется, я просил больше не обращаться ко мне на "ты". Никогда.
- Простите, магистр, - дуарэ Дане скривилась. - Иногда я забываю, что мы больше не друзья.
- Мы ими никогда и не были, - удостоил её резким напоминанием.
- Когда встречались с Даниэль, вы были более дружелюбны, мезир, - Джеки смерила меня презрительным взглядом голубых глаз. - Помнится, мы с вами неплохо ладили. Кстати, если не достаточно того, что мы с мазель Шойн будем молчать о смерти советника, то, как на счёт того, что вы были любовником его дочери? Да я молчала до этого, зная, как много вы значили для Дани, но что мешает мне...
- Заткнись, - сделал угрожающий шаг по направлению к ней, в ярости сжимая кулаки.
Я не бью женщин. А уж молодых девиц и подавно, но ещё никогда не был так близок, чтобы нарушить эти моральные принципы. Потому что мерзавка била по больному. По-настоящему больному.
Остановил меня как ни странно испуганный и придушенный полувсхлип-полустон камеристки, стоящей за спиной девчонки. Посмотрел на неё и гнев сразу прошёл, словно его и не было. Уж слишком много паники и растерянности излучала пожилая вампирша. От чего-то стало её жалко. Непросто ей придётся с такой как Жаклин. Может Джеки её всё же пожалела, как я сейчас?
Отступил, медленно считая до десяти, чтобы успокоиться окончательно.
- Уходите, дуарэ Дане, - сухо проговорил. - И да. Я не видел и не слышал вас, а вы... меня.
- Даниэль любила тебя, - горько произнесла Джеки, абсолютно не понимая не только о чём говорит, но и о том, как сильно заблуждается.
Затем она потянула свою пребывающую в прострации камеристку за собой и скрылась в проходе тайного хода. Восх! Если бы он не был так удобен, то давно бы приказал его замуровать!
