— Жизней у меня меньше пяти. Придется рискнуть! На четыре секунды! Активировать!
На всякий случай он перегнал ману в Сплит и применил ещё одно зерно памяти. Светлов использовал всё, до чего мог добраться. Он за мгновения преобразил поддоспешник, а также воспользовался классовым кольцом Иммеморис, которое заставляет забыть всех о его существовании.
Олег появился на том месте, с которого начался его путь после процедуры. Интерфейс поблек, плащ безжизненно опал, отсекатель полетел вниз. Но свойства перстней продолжали действовать. В глубокой воронке находилось тысячи человек, которые непонимающе начали оглядываться. Никто из людей не знал, зачем и по какой причине находится на этом месте. Светлов успел разглядеть множество бойцов с погонами и с повязками ордена. Были и вассалы Арсения Леонова с изображением лернейской гидры. Присутствовали и совершенно незнакомые символы, которые не встречались в лагере.
Ещё через секунду они все погибли. Аннигилирующая сфера распространилась со скоростью света. Она уничтожала доспехи, зелья, ленты. Она стирала обычные земные предметы. Она пронеслась, сметая установленные блокираторы и разрушая отражающие артефакты. Олегу хватило одного сообщение, чтобы понять, что его пребывание в этом мире подошло к концу:
Перед Светловым возникло золотое сияния. В пустом интерфейсе снова появился таймер, ведущий двухминутный отсчет:
— Вот и закончились наши приключения, малышка, — сказал Олег. Он не мог понять, где находится. На теле не было никакой одежды, а плечо почему-то саднило, будто кто-то притронулся к нему раскаленным клеймом. — В ведь знакомые цвета. Когда я зачистил башню в вампирском логове и убил последнего скелета, то видел такие же. И ведь я забыл про это. Как думаешь, тут есть какой-нибудь выход к спасению?
Гравицапа покачала головой.
— Да что за фигня? Не дают умереть по-человечески, — с усмешкой возмутился Светлов. — Какого хрена у меня плечо горит? И почему у меня на языке крутится имя Горбоносого?
— То есть Праесидиум не был настоящим защитником? — задал риторический вопрос Олег. — Хотя это было предсказуемо. И теперь точно стало понятно, почему он не опасался за свою жизнь. Его ведь всегда могут воссоздать заново. Удобно! Жаль, что моя классовая способность стерла это умение. Тульпа бы мне точно не помешала.
— Да что такое с плечом? — он потер место, которое начало нестерпимо жечь.
В памяти промелькнул образ: он стоит в палатке с Праесидиумом и передает ему эссенцию вассальной смерти. Взамен тульпа клянется, что поделится с ним знанием. Праесидиум называет имя Горбоносого и говорит: «Вспомни, из-за чего он умер. Он сделал то, что запрещено делать любому существу в нашей Вселенной, — собеседник касается плеча отсекателя и оставляет огненную отметину. — Вспомни мои слова, когда придет время».
«Раз я всё равно уже умер, то мне ничего не угрожает!» — с улыбкой подумал Олег и проговорил:
