Нет никого, кому он мог бы довериться, никого, кто прикрыл бы спину. В чужом мире, в чужой земле, проклинаемый всеми, ненавидимый каждым, Степан всего лишь боролся за свое право быть.
— Кифен, выродок! Вставай! — герцог вздернул его за руку, рывком отрывая от земли, щит мигнул три раза и окончательно потух. Ну вот, и мана кончилась. — Глаза мне не закатывай, урод! Нашел время посиделки устраивать! — дракон тряхнул вампира, но тот лишь пустым взглядом уставился на герцога, словно и не видя Ибенира вовсе. Степан едва держался на ногах, мертвой хваткой вцепившись в меч, воткнутый в землю. Только благодаря этому ему удавалось удерживать равновесие.
Керналион был ниже вампира и не так крепко сложен, но все еще легко стоял на ногах и сейчас, в порыве гнева, мог без труда вытрясти остатки души из изможденного графа Вальдернеского.
И единственной тусклой мыслью в сознании Степана билось: “Стать сильнее… должен стать сильнее”.
— Чёрт, ты кусок мусора, а не граф. — прошипел дракон, закрывая их обоих мощным щитом. — Сабиан, Ринашан! У нас брешь! Сюда! — маг и оборотень подоспели почти сразу, Сабиан поднял дополнительную защиту вдоль линии обороны, а Ринашан Налль встал на место Степана, закрывая собой брешь в линии обороны.
Граф Налль, как и попаданец, уже давно истощил свой магический резерв и теперь отбивался мечом. На заре медленно вставало солнце.
Степану было больно дышать, всё тело казалось свинцовым, онемело от усталости и сдвинуться хоть на шаг, немного пошевелиться — невозможно. Едва хватало сил держать глаза открытыми.
— Керналион, мои закончили, у нас все готово! — прокричал Сабиан, Ибенир едва расслышал мага из-за шума боя, но все понял.
— Взрывайте! У меня резерва еще на час хватит, как раз закончим со всем! — дал добро дракон. Сабиан запустил в небо белый огненный шар и спустя мгновение в горах прогромыхал взрыв, стены расщелины, из которой приходили твари, начали осыпаться, перекрывая монстрам путь и погребая заживо.
Сразу после этого все взбодрились, маги из запаски встали в общий строй, монстр, почуяв неладное, стали еще яростнее.
Вампир немного пришел в себя и пусть легче ему не стало, отсиживаться, пока даже раненые маги бились из последних сил, он не мог. Граф Налль подвинулся, но ничего не сказал, герцог Ибенир не сдержал усмешки. Граф Вальдернеский оказался упертым и это единственная положительная черта этого вампира.
Монстров становилось всё меньше и меньше, Сабиан и еще несколько магов покинули строй, ринувшись в самую гущу. Спустя еще полчаса маги герцога добивали последних тварей.
— Ты понимаешь, что если бы из-за тебя случился прорыв, то пострадали бы гражданские? — сухо спросил дракон. — И их смерти лежали бы на мне, а виноват был бы ты. — пугающе-леденящим голосом бросил Ибенир.
Степан равнодушно смотрел герцогу в глаза. Он уже ничего не чувствовал, ему плевать, пострадали ли бы гражданские, он устал настолько, что стало всё равно, даже если бы умер и он сам. Тупое безразличие овладело им целиком.
— Я сделал всё, что мог. Я не виноват. — прохрипел севшим голосом вампир. Сердце изнеможденно трепыхалось под броней. Попаданцу некого защищать, почти нечего терять, и он не знает, есть ли смысл бороться.
Он выполнил свой долг вассала — пришел на помощь, несмотря на свои низкие боевые навыки, несмотря на опасность. Он сделал всё, что мог, даже больше, гораздо больше.
Но от чего так горько, так мерзко осели слова герцога в мыслях?
Даже если бы прорыв и случился, в этом не было бы ни капли вины вампира, но почему тогда так неприятно чешется совесть под ребрами?
Откуда это странное чувство внутри? Откуда глухая, яростная злость?
— Ты слаб. И в этом твоя вина. — ответил герцог, снимая с брони перегоревшие защитные артефакты и выбрасывая.
Степан не нашел сил выдавить наигранную улыбку. Хотелось дать высокомерному дракону по морде, но сейчас, скорее всего, вампир бы сам оказался избит.
— Что ж, на этом свой долг считаю исполненным. — прохрипел севшим голосом граф Вальернеский. Впрочем, Ибенир его и не слушал, уже повернулся спиной и разговаривал с графом Налль и Сабианом.
Вампир непослушными пальцами взял портальный камень и активировал. Наконец-то домой.
Он практически выпал из портала — ноги заплетались. Спускаться вниз, в жилую комнату в подвале, граф не стал. Сорвал штору с гардины и лег на пол, засыпая. Ни монстры, ни жесткие доски его не волновали. Глаза закрылись сами.
— Господин! Я уже думал, что вы померли, а вы тут спите! — прозвучал назойливый голос Веце над самым ухом. Степан сонно прищурился. Блин, он там вчера чуть ноги не протянул, так сложно дать поспать еще немного? — Вставайте! Надо Маниэр забрать из вашего ресторана! Мне есть нечего! — продолжал тормошить господина полукровка.
— Отвали, дай поспать. — граф перевернулся на другой бок, по всему телу прокатилась болезненная волна, мышцы и ссадины ныли.
— А если с ней что-то случиться там? А? Вы не подумали? — возмущенно пропыхтел Веце, стаскивая с вампира штору.
