После переговоров, начавшихся, вне всякого сомнения, еще в 434 г., в феврале 435 г. в Иппоне Регии был заключен мир между «ромеями» и «вандалами», официально поставленный в заслугу Флавию Ардавуру Аспару. Рим, продолжавший формально считаться единой державой, ставшим уже привычным для него образом, признал вандалов и аланов (подобно многим варварам до них) «федератами» империи. Отныне подданные «Зинзириха-риги» считались римскими союзниками, получившими право проживать на африканских землях (оставшихся римскими лишь номинально) и пользующимися во всех остальных отношениях полной свободой действий. Но осторожный Гейзерих решил проявить поначалу сдержанность, не расширив, сразу же после превращения в «друга и союзника римского народа», зону действий своих пиратских флотилий на восточную часть Внутреннего моря, что не помешало ему сделать это впоследствии, когда его статус «федерата» константинопольского императора был поставлен под вопрос. В принципе, Иппонский мир закрепил поражение римлян в борьбе с вандалами. Ибо этот мир был «дарован Вечным Римом» (выражаясь высокопарным дипломатическим языком) варварскому народу, который, не испрашивая предварительно у римлян разрешения поселиться на их землях (как до тех пор делали германцы – скажем, готы, просившие у Рима дозволения переправиться через Дануб, или франки – через Рен), просто взял себе понравившиеся ему римские земли – и дело с концом! Римский экспедиционный корпус (официально, как всегда, победоносный) под командованием главных победителей – Аспара и Маркиана – убрался подобру-поздорову в Новый Рим. У могущественного гота (или алана, а может – и гото-алана) Аспара и у царя вандалов и аланов (лат. рекс вандалорум эт аланорум) Гейзериха (вероятно, алана по матери) было несколько месяцев, чтобы познакомиться и изучить как следует друг друга. Возможно, они заключили в эти месяцы тайное межаланское «сердечное согласие», аланскую Антанту по вопросу дальнейших судеб Восточного Средиземноморья. В этом, конечно, можно сомневаться, но автору этих строк кажется, что иначе история еще очень слабого на тот момент североафриканского царства вандалов приняла бы совсем другой оборот. Слишком уж трудно объяснимым были в дальнейшие события – захват Гейзерихом с налета христианско-православного Карфагена, беспрепятственные пиратские рейды флота Гейзериха в водах западной части Римской империи, успешное отражение Гейзерихом всех попыток воспрепятствовать его предприятиям… если бы царю вандалов и аланов не «подыгрывал» Аспар. Мы не знаем, и наверняка никогда не узнаем, содержания доверительных бесед (иначе говоря – секретных переговоров вандало-алана Гейзериха с гото-аланом Аспаром), но Аспар явно стал для «Зинзириха-риги» (фактически его, Аспара, соплеменника) «нашим человеком в Новом Риме»…
После заключения римско-вандальского Иппонского договора в Африке мог бы воцариться долгожданный мир. Мало того! Свежеиспеченные «федераты Великого Рима» – вандалы и аланы – в общем-то и переменили мечи на орала, заключив с «ромеями» мир и начав пользоваться благами этого мира. Ибо между строчками сообщений церковных писателей можно прочитать о появлении вандальских имений, латифундий, вилл, о появлении вандальских дворцов с римским обслуживающим персоналом, о том, как молодые представители народа-победителя стали все более активно наслаждаться жизнью в культурном пространстве Северной Африки…
