Я муху безумно любил!Давно это было, друзья,Когда еще молод я был,Когда еще молод был я.Бывало, возьмешь микроскоп,На муху направишь его —На щечки, на глазки, на лоб,Потом на себя самого.И видишь, что я и она,Что мы дополняем друг друга,Что тоже в меня влюбленаМоя дорогая подруга.Кружилась она надо мной,Стучала и билась в стекло,Я с ней целовался порой,И время для нас незаметно текло.Но годы прошли, и ко мнеБолезни сошлися толпой —В коленках, ушах и спинеСтреляют одна за другой.И я уже больше не тот.И нет моей мухи давно.Она не жужжит, не поет,Она не стучится в окно.Забытые чувства теснятся в груди,И сердце мне гложет змея,И нет ничего впереди…О муха! О птичка моя!
(1934)
<p>О нулях</p>Приятен вид тетради клетчатой:В ней нуль могучий помещен,А рядом нолик искалеченныйСтоит, как маленький лимон.О вы, нули мои и нолики,Я вас любил, я вас люблю!Скорей лечитесь, меланхолики,Прикосновением к нулю!Нули — целебные кружочки,Они врачи и фельдшера,Без них больной кричит от почки,А с ними он кричит «ура».Когда умру, то не кладите,Не покупайте мне венок,А лучше нолик положитеНа мой печальный бугорок.
1934?
<p>Чарльз Дарвин</p>Чарльз Дарвин, известный ученый,Однажды синичку поймал.Ее красотой увлеченный,Он зорко за ней наблюдал.Он видел головку змеинуюИ рыбий раздвоенный хвост,В движениях — что-то мышиноеИ в лапках — подобие звезд.«Однако, — подумал Чарльз Дарвин, —Однако синичка сложна.С ней рядом я просто бездарен,Пичужка, а как сложена!Зачем же меня обделилаПрирода своим пирогом?Зачем безобразные щеки всучила,И пошлые пятки, и грудь колесом?»…Тут горько заплакал старик омраченный.Он даже стреляться хотел!..Был Дарвин известный ученый,Но он красоты не имел.
