Ничего не подозревавший Артак даже не обратил на это внимания. Его душевное состояние также было не из счастливых. Правда, он не представлял себе всех ужасных последствий вражды Артака Рштуни и Гедеона, но понимал, что даже незначительная семейная неприятность тяжело отразится на Анаит. Артака терзала тоска по любимой… Вместе с тем его снедало беспокойство за судьбу родной страны, тревога за успешное решение боевой зтдачи, поставленной перед ним Спаранетом: собрать и организовать из нахарарских полков вокруг Бзнунийского моря ядро общегосударственного войска, которое должно было стать оплотом грядущего сопротивления.
Эти важные заботы отодвигали на задний план личные горести и переживания Артака. Он чувствовал, что теперь преступно замыкаться в личном счастье. На нею смотрели с упреком его соотечественники, от него ждали они ответа на вопрос: предстоит ли им жизнь или гибель…
Юноши были охвачены тяжелыми мыслами, и ни один не замечал подавленности другого, не догадывался спросить другого, какая тревога его гложет?
– Долой эту скованность! – решительно сказал Артак, вставая. – Двинемся в Хорхоруник, в Рштуник, подымем на ноги наших сторонников из числа сепухов, пока их нахарары не открыли враждебных действий и не поднялись против вас!
– Но ведь нужно держать в готовности наши полки! -отозвался Зохрак.
– А я давно уже позаботился об этом и обсудил этот вопрос с сепухами Тарона, Арцруника и моего Могка. В назначенный день выступим неожиданно и опередим наших врагов!
Артак задумчиво покачал голосой и снова подошел к окну.
– А куда мы двинемся первым делом? – спросил с забившимся сердцем Зохрак.
– Пожалуй, в Рштуник!.. – ответил Артак» едва сдерживая счастливую улыбку.
Зохраку показалось, что сейчас он задохнется от волнения.
Чувство полного счастья – у одного, мечта о счастье – у другого вызывали у каждого желание уединиться, предаться грезам. Зохрак сказал, что хочет пройти к себе, и Артак не стал его удерживать.
Зохрак, не раздеваясь, прилег и, устремив взор в потолок, начал мысленно рисовать себе предстоящий поход в Рштуник и другие приморские области, военные приготовления к отечественной войне, будущие подвиги – и одновременно видел чей-то ласковый взгляд, полный нежости и любви..
А в это время Артак вел серьезный разговор с сепухом Багдасаром. Основной полк Мамиконянов уже получил пополнение и был в полной боевой готовности. Артак потратил немало трудов и усилий, чтобы добиться такого результата, и поэтому давал особенно обстоятельные наказы сепуху на время своего отсутствия.
– Вероятно, нахарар Рштуни засылал к нам лазутчиков, будет засылать их и впредь. Старайся обмануть их ложными сведениями… Главное же, как только я дам тебе знать, – тотчас выведешь весь полк по направлению к Рштунику под предлогом военных игр и будешь наготове ждать моих дальнейших распоряжений!
– Будет исполнено! – отозвался сепух Багдасар: распоряжения Артака он принимал, как если бы они исходила от самого Спарапета.
На следующий день рано утром Артак и Зохрак с усиленным отрядом телохранителей и полусотней воинов отправились в Рштуник.
Стоял ясный осенний день. Солнце еще дарило приятную теплоту. А на дороге, выглядевшей так, словно ее только что подмели, ужасно хотелось пуститься вскачь.
Молодые князья чувствсвали себя как гости на веселом празднике. Военные заботы как будто отошли. Крепкое здоровье, приятное тепло, живительный, пьянящий воздух и чувства, переполняющие сердца, давали им ощущение полноты жизни.
Весело глядели также телохранители. А молодые воины, обычно сдержанные и молчаливые в присутствии Вардана и его строгих сепухов, чувствовали себя более свободно с такими же молодыми, как и они, князьями.
Отряд остановился на отдых у родника. Разостлали ковер, достали припасы, и молодые князья уселись. Вино еще больше подняло настроение. Воины завтракали чуть поодаль. Вдруг раздался хохот.
– Что там случилось, Алексаниос? – спросил Зохрак.
– Дурачатся парни, князь, дразнят Махкоса! – доложил командир полусотни Алексаниос.
– Ну-ка, подойдите сюда все! – приказал Зохрак. Воины подошли.
– Рассказывайте, что у вас происходит. И который тут Махкос?
Вперед выступил воин с серьезным лицом и широко открытыми серыми глазами.
– Чего они хотят от тебя, Махкос? – спросил Зохрак. Махкос внимательно взглянул на него и, вытянувшись в струнку, сообщил:
– Ничего не хотят от меня, князь!
– Ну-ну, не выдумывай! Пусть Алексаниос расскажет нам, почему тебя дразнят товарищи.
Алексаниос помялся немного и неопределенно ответил:
– Истории он рассказывает, князь!
– Пусть расскажет и нам!
– Да он небылицы рассказывает!
Воины фыркнули. Махкос стоял, все так же вытянувшись и вперив широко открытые глаза в Зохрака.
– Расскажи и нам что-нибудь из этих твоих правдивых историй!
Махкос откашлялся и громко начал, сохраняя серьезность:
– Проходил я летом по зеленому полю. Вижу – куропатка.
