Это была самая маленькая комната из всех трехкомнатной квартиры. В углу, слева от окна, стояла железная кровать, справа – письменный стол. Рядом этажерка с книгами. Платяной шкаф. Все для жизни было. Андрей лег на кровать, повернулся лицом к столу и заговорил вполголоса сам с собой, как если бы был не один, с женщиной.
– Проходите, пожалуйста. Садитесь. Я очень рад вам, дорогая. Вы – такая красивая женщина… О чем вы сейчас думаете?
– А вы о чем?
– Я каждый день думаю только о вас. Вы – так хороши…
– Вы мне льстите.
– Нисколько. Вы – неотразимы. Вы мне нравитесь. Я вот так бы смотрел и смотрел на вас, любовался, и ничего мне больше не надо. Я хотел бы все время быть возле вас, госпожа моя.
– Все мужчины так говорят.
– Но я – не все. Один такой. В единственном роде, если хотите. Конечно, может, где-нибудь и живет мой двойник. У каждого он есть.
– Значит, у меня тоже есть двойник? А что же вы тогда говорите, что я – лучше всех.
– Для меня вы – лучше всех. Извините, пожалуйста, может, вам мое предложение покажется бестактным. Хотите вина? Хорошее вино. Я специально купил его на день нашей с вами встречи. Я так ждал вас. Весь день у меня прошел в томительном ожидании. Я все не могу поверить, что вы со мной… Мне кажется, это сон. Хорошее вино? Берите апельсин. У меня на душе спокойно, когда вы рядом. Вы такая… неземная. Инопланетянка. Вы скоро улетите к себе, наверно… Мне делается страшно. Скажите, вы никуда не улетите?
– Нет.
– Вы так добры ко мне. Хочется плакать. Вам не скучно со мной? Можно я вас поцелую?
Андрей совсем не умел целоваться.
– Я люблю вас! Будьте моей женой. Мне с вами хорошо. Хотите, я встану на колени? Не молчите. Скажите что-нибудь. Умоляю вас!
«Если я люблю, – думал Андрей. – Как без объяснения?» Андрей не слышал, как в комнату вошла мать. Она последнее время ходила как-то тихо, крадучись.
– Ты что, Андрей, лежишь? Заболел?
– Нет.
Андрей встал, сел за стол. Мать села на кровать.
– Что-то ты, Андрей, со иной не разговариваешь. Все уединяешься, – пожаловалась мать.
– Такой уж я, мама, человек.
– Человек ты неплохой. Андрей, у меня новость есть хорошая, – улыбнулась мать. И от этой ее доброй бесхитростной улыбки в комнате сразу стало просторней.
– Соня наша, наверно, скоро выйдет замуж, – мать стала серьезной. – Пора уж. Засиделась, бедная, в девках. Новиков Леонид сделал ей предложение. Он в кооперативе работает. Столяр. Соня говорит, что мужик хороший. Она была у него дома. Всю мебель в квартире он сделал сам. Мастер, одним словом. Вот так. Скоро свадьба. Ты тоже, Андрей, ищи себе женщину. Только ищи женщину самостоятельную…
– …иная самостоятельная хуже несамостоятельной, – перебил Андрей. – Как узнаешь?
– Конечно, никак не узнаешь. Но чтобы не пила, не курила.
«Если женщина курит – это не обязательно, что она плохая, гуляет и все прочее, – думал Андрей. – Женщина _– это цветок. Все в ней прекрасно».
– Будешь заниматься? Ладно, я пошла. Не буду тебе мешать. Вот закончишь институт, женишься. Ты, наверно, ученым будешь. Маленький все игрушки ломал, хотел посмотреть, что там внутри. Любознательный был.
***
После работы Андрей поел, пошел к себе в комнату, открыл окно, закурил. Он почти не смотрел телевизор. Скоро экзамены, надо было готовиться. Соня задерживалась на работе. Мать стояла у окна в ожидании. Ей было интересно, какой он из себя, Леонид. Высокий? Худой? Он, как жених, обязан был проводить невесту. Андрей почему-то сомневался.
Вчера Андрей полчаса простоял у «Культтоваров», но странная женщина так и не вышла. Позавчера она в это время – выходила. Она словно специально так делала, дразнила. Может, она не работала? Пошла другой дорогой. Андрей все передумал. Надо было бы объясниться, упорядочить отношения. Какие отношения? Их не было. Так – гляделки. Написать письмо…
