Varia полностью

Не должны ли мы предполагать наличия некоторой ступени «первоначального накопления»⁵, которая все же указывает нам на ограниченность движения бесконечности in giro⁶? И затем развитие на собственных основах, «автономное», в котором уже курица из яйца и яйцо из курицы?

Отсюда м[ожет] пр[оистекать] ограниченность позиции онтологии – возвращение к intentio recta⁷, чистой предметности. Справедливые сомнения кантианцев.

Не забыть и в критике модернизма.

До некоторой] степени железо добывается из старых кроватей. Бесконечность, неисчерпаемость предметного мира, но – через форму – не через отрицание рефлексии.

Поэтому важнейший источник расширения нашей теории – история философии, а также ответ на каверзные вопросы, поставленные в изощренной враждебной полемике. Вообще – необходимость предварительной постановки и обработки вопроса мышления, мысль от мысли, не прямо от действительности. Но именно этим путем и прямо от действительности, если верно поставлен контроль самосознания – иначе говоря, диалектика.

Мы действительно воспринимаем и постигаем лишь то, что соответствует всеобщим формам созерцания и рассудка. Но это не субъективное или не вполне субъективное условие, ибо то, что мы воспринимаем, не является безусловно новым в самой природе, безусловно случайным, безусловно иррациональным, безусловно бессмысленным, неразумным, неидеальным. Факт познания основан на объективном условии разумности, всеобщности, идеальности природы. Следовательно, дело заключается в отыскании этого условия, этого априори объекта или объектов априори, которые следует все же отличать от простого опыта, в чем и заключаются уроки Канта.

Либо полный иррационализм, контингент-ность факта – либо родственность, сходство между сознанием и бытием, как отражение мира отражается в нем, его непротивопоставленность разуму и смыслу. Это – две возможные позиции. Положительно то, что промежуточность трансцендентального метода более невозможна.

Правда, здесь тоже относительность – чистая логика – тавтология – бессмысленное и пустое тождество заключительных] глав гегелевских сочинений. Но и фактическое, реальное, не-тождественное – относительно.

Кантовская идея априори, хотя и неправильно выраженная, но все же впервые так ясно высказанная идея обусловленности сознания – контроля над ним, самосознания – в то время как и в старом материализме и в старом скептицизме сознание оставалось без всякой перспективы к самому себе, абстракт[но] безусловным. У К[анта] впервые – сознание есть сила, кот[орая] имеет объективную обусловленность, не просто находится под внешним влиянием, не просто и эпифеномен. Его собственная «структура», [структура] организма[сознания], следов[ательно] и возможность развития. Оно стало предметом рассмотрения, quasi-объектом, не извне усваивающим закономерность мира, а подлежащим ей.