– Есть. Заходите.
Землянин придержал огромную дверь, пропуская нас. Мы вошли в дом и последовали за этим великаном, шедшим впереди.
– А металл у вас есть?
– Да, – отвечала я, доставая брусочек из сумки и передавая ему.
Две чаши напитка были тут же для нас приготовлены, и мне еще дали три металлических брусочка меньших размеров в качестве сдачи. Я оставила их лежать на циновочке возле чаши.
– За следующую заплачу я, Дорогая, – сказала Квиб.
Я не ответила, а пригубила кисло-сладкий напиток, и жидкий огонь разлился по всем моим членам. Землянин налил нам еще и водрузил чаши на высокую деревянную подставку. Комната была полна каких-то сильных, но отнюдь не неприятных ароматов, природу которых я установить не смогла. Пол был усеян мелкими частицами дерева. Помещение освещалось ярким драгоценным камнем, сиявшим высоко на стене.
– Вы, букашки, что, на охоту вышли или просто выпить сюда забежали?
– Ни то ни другое, – сказала Квиб. – Мы поженились нынче утром. .
– Ах вот как! – Глаза Торговца Хокинса. сперва широко распахнулись, а затем снова сузились. -Я слыхал об этой церемонии. Лишь двое продолжают путь, а третий остается…
– Да.
– И вы но пути зашли ко мне выпить, прежде чем отправляться дальше?
– Да.
– Мне все это страшно интересно. Никто из представителей моего народа никогда не видел ваших брачных обрядов.
– Нам это известно.
– А мне бы так хотелось поглядеть, чем эта церемония закончится!
– Нет.
– Нет.
– Разве это запрещено?
– Нет. Просто мы считаем брак делом интимным.
– Видите ли, я глубоко уважаю ваши чувства, но там, откуда я родом, многие дорого бы заплатили, чтобы посмотреть, чем дело кончится. А раз вы сказали, что это не запрещено, но, скорее, зависит от вашего личного решения, хотелось бы спросить вас вот о чем: не смогу ли я убедить вас дать мне разрешение заснять все это?
– Нет.
– Нет, это очень личное.
– Вы все-таки постарайтесь выслушать меня до конца. Но сперва давайте я еще разок наполню ваши чаши. Нет, металла больше не надо. Если бы – ну, предположим это хоть на минутку – вы позволили мне заснять церемонию до конца, я бы на этом точно сделал большие деньги. И мог бы вознаградить вас многими подарками – всем чем угодно из товаров моей фактории, – и вы всегда, когда бы ни пришли, могли бы сколько захотите выпивать согревающего напитка, Квиб посмотрела на меня как-то странно.
– Нет, – ответила я. – Это дело личное и интимное. И я не хочу, чтобы наша церемония попалась к вам, в ваш ящик с картинками.
Я отодвинула чашу и встала.
– Нам уже пора идти.
– Сядьте. Не уходите. Простите меня… Но было бы просто глупо с моей стороны не спросить у вас… Я же не обиделся, когда вы разглядывали могилу моей жены, верно? Ну и вы не обижайтесь.
– А это верно, Дорогая, – сказала Квиб на нашем языке. – И мы его, возможно, оскорбили, пройдя к могиле, где лежит его супруга, и разрешения не спросив. Ну что ж, не будем обижаться на его желание, ведь просьбу мы его решительно отвергли. Не станем же себя позорить чванством.
– Ты говоришь прекрасно, Дорогая! – отвечала я пылко и вновь придвинула к себе чашу с согревающим напитком. -Да и напиток этот превосходен!
– О да!
– Люблю тебя.
– И я тебя люблю.
– А как прекрасен Руби-Стоун! Как он нежен!
– О да! И грациозен!..
– Как я была горда, когда в Жилище мы его несли!
– Я тоже! А помнишь танец в небесах? О, как он был великолепен… И выбранный тобою камень был лучше всех. Он в свете солнечном так пламенел!
– А вечером рубина блеск нежнее стал и мягче…
– Да, ты во всем права. И все будет прекрасно.
– Да, я уверена.
Мы допили свой напиток и уже собирались уходить, когда Землянин вновь наполнил наши чаши.
– За счет заведения. Свадебный подарок. Я поглядела на Квиб. Квиб на Торговца Хокинса, потом на меня. И мы снова сели и прильнули к сладостным чашам.
– Спасибо, – сказала я.
– Да-да, спасибо, – сказала Квиб. Наконец мы снова встали, твердо намереваясь уйти. Я, правда, двигалась несколько неуверенно.
– Давайте, я еще налью.
– Нет, это будет слишком. Нам уже пора.
– Может, хотите переночевать у меня? Это можно.
– Нет. Нам нельзя спать, пока все не завершится. И мы направились к двери. Мне казалось, что пол плывет и качается подо мною, но я все-таки добралась до порога и выползла на веранду. Прохладный ночной воздух отлично освежал после духоты помещения. Я поскользнулась на ступеньках. Квиб бросилась было, чтоб поддержать меня, но тут же отступила назад.
– Прости, Возлюбленная, мой порыв.
– Конечно, Дорогая, все в порядке.
– Спокойной ночи вам обоим. И желаю удачи, – крикнул Торговец Хокинс.
– Спасибо.
– Спокойной ночи.
И мы пошли дальше, через холмы, а затем снова куда-то вниз. Через некоторое время я почувствовала запах сырости, и мы вышли через Лес к ручью. Луны уже сходили с небосклона, на котором мерцали мириады звезд. Меньшая луна, Когда я поглядела на нее, вдруг раздвоилась, и я поняла, что это, вероятно, следствие выпитого в таком количестве согревающего напитка. Когда я опустила глаза, то заметила, что Квиб стоит совсем рядом и пристально меня разглядывает.
