Нет, конечно же, она не понимала. Просто с любопытством смотрела на невесть как оказавшегося рядом с ней пришлого заморского воина. Тогда Ансгар глубоко вдохнул, шагнул ей навстречу и попытался обнять, но едва его руки коснулись ее талии, как глаза Златы широко распахнулись, уставившись на него двумя изумрудами, и в тот же миг девушка, легонько вскрикнув, отпрянула от него, рассыпав вокруг свеженарванную зелень.
– Не бойся! Я не причиню тебе зла! – И Ансгар поднял руки, показывая ей свои чистые намерения.
Какое-то время Злата испуганно смотрела на него, но не убегала. Потом она вдруг засмеялась и бросилась ему навстречу. Руки ее обвили шею Ансгара, а губы жадно впились в его рот. Он чувствовал, как в его грудь уткнулись два мягких бугорка, как низ ее живота прильнул к его паху. Руки его осторожно легли на ее талию и даже чуть ниже, сердце билось так, словно пыталось пробить себе путь наружу. Боясь вновь спугнуть девушку и тем самым оборвать этот миг блаженства, Ансгар не смел шевельнуться, хотя не все его тело было ему подвластно. Кажется, Злата это тоже почувствовала и вновь упорхнула из его объятий. Но теперь ни тени испуга не виднелось на ее лице. Щеки ее пылали огнем, глаза озорно блестели, а раскрасневшиеся губы, обнажая ровный ряд жемчужных зубов, растянулись в самой пленительной улыбке, какую только Ансгар когда-либо видел. Резко нагнувшись, Злата подхватила несколько пучков сорванной травы и, засмеявшись, бросилась наутек. Ансгар сломя голову устремился за ней. Он спотыкался едва ли не на каждом шагу, ветки царапали ему лицо, но он не обращал на это никакого внимания, пытаясь не отстать от своей желанной. Вдруг лес кончился, и Ансгар остановился как вкопанный. Злата же добежала до самых ворот усадьбы и только тогда повернулась, махнула ему рукой и вслед за этим скрылась из глаз.
Ансгар поднял голову – солнце уже миновало зенит, и нужно было спешить в город, забирать щиты у Ранда. В самых воротах Хольмгарда он натолкнулся на Богшу.
– Ансгар! Вот ты где! А я тебя повсюду ищу! Куда это ты ходил?
«Целоваться с твоей сестрой!» – вертелось на языке у Ансгара, но он ответил:
– Гулял!
– Ты, я посмотрю, теперь важная птица, можешь гулять, когда захочешь, – улыбнулся Богша.
– Да нет же, я просто ждал, покуда Ранд подберет щиты. Мне надо идти к нему.
– Тогда я пойду с тобой.
– Ну, пойдем.
Они молча прошли едва ли шагов десять, как Богша вновь заговорил:
– И тебе не стыдно?
– Почему мне должно быть стыдно? – удивился Ансгар, а сам весь внутренне напрягся, полагая, что Богше стало известно о его встрече со Златой.
– Как почему? – воскликнул Богша. – Весь Хольмгард говорит, как Ансгар Спаситель прикончил подосланных к конунгу убийц, а ты мне, своему другу, до сих пор не сказал об этом ни слова.
– Но ведь я с тех пор вижу тебя впервые! – изобразил Ансгар возмущение, в то время как внутри, наоборот, почувствовал облегчение.
– Ну и что? Нашел бы меня!
– Прости, у меня не было на это времени.
– Ишь ты, какой важный, времени у него нет. – Но, видя, что Ансгар надулся, Богша смягчился. – Ладно уж, ты лучше расскажи, как все было.
Ансгар устало посмотрел на Богшу и в сотый уже, наверное, раз пересказал события той ночи. Венд слушал внимательно, не перебивал, не удивлялся ничему, так что Ансгар даже немного обиделся, но в конце концов Богша промолвил:
– Хорошо, что ты мой друг, а не враг! Не хотелось бы мне сражаться против тебя, ведь, по всему видно, боги тебя любят.
Ансгар, чтобы не портить произведенное впечатление, не стал рассказывать, как на следующий же день получил по голове от Бильда. Вместо этого он спросил:
– Я знаю, что твой отец к этому непричастен, но признайся, он был бы рад, если бы конунг погиб? Теперь он, верно, не захочет меня видеть?
– Плохо же ты думаешь о моем отце! Никогда! Понимаешь? Никогда он не посмел бы поднять руку на своего конунга и сам бы отрубил руку тому, кто решился бы на такое. Если он видит, что конунг стар и скоро придет его время, это вовсе не значит, что он желает ему смерти.
– Я не хотел обидеть тебя, – сказал примирительно Ансгар.
– Я не в обиде. Просто мне жаль, что ты так и не понял моего отца. И поверь, теперь, после твоего подвига, он был бы рад вновь увидеть тебя.
Слова Богши обнадежили Ансгара, и, чуть помявшись, он все же спросил:
– Помнишь, ты говорил, что твой отец никогда не отдаст за меня твою сестру? Может, теперь он бы согласился?
Богша лукаво улыбнулся:
– Да ты, я смотрю, всерьез положил на нее глаз! Признаюсь, я был бы не прочь породниться с тобой, да только не думаю, что и отец хочет этого. Вот если бы конунг сделал тебя ярлом, тогда другое дело, а так даже не пытайся заговаривать с ним об этом.
Ансгар помрачнел ликом, но тут они как раз подошли к оружейне.
– Ну где ты там шляешься? Щиты давно ждут тебя, – встретил Ансгара Ранд. Щиты действительно лежали рядом – десяток простых сосновых кругляшей, даже не обтянутых кожей.
– Давай помогу, – сказал Богша, и вдвоем они потащили их в хирдхейм Бальдра.
