– Да что рассказывать? Я уже говорил, что тут живут племена, родственные финнам, только я не помню их названий. Но сильнейшее племя в здешних краях – вендское, и его название я помню. Они называют себя словенами. Именно они тогда, двадцать лет назад, подняли бучу, из-за которой нам пришлось уйти из Альдейгьи. А вообще словене тут пришельцы. Издавна тут обитали только эти вот финны, чьих названий я не помню. А саму Альдейгью основали нордманы!
– Да ну? Неужто? – оживились слушающие.
– Это правда, чтоб меня Фенрир сожрал! Уже лет сто прошло или даже больше, как в этих краях объявились наши земляки. Они срубили небольшой городок и завели торговлю с местными племенами, выменивая у них пушнину на всякую дребедень, но потом пришли словене и захватили Альдейгью. Они даже исковеркали ее название на свой лад. Я запомнил, как они ее зовут – Ладога.
Среди викингов прошел гневный ропот. Все были возмущены наглостью каких-то словен. Только Ансгар не поддался общему настроению и спросил:
– А что это за название-то такое – Альдейгья? Что оно означает?
Барг, уже было открывший рот, чтобы продолжить свой рассказ, поперхнулся:
– Кхе-кхе… Что значит? Кхе-кхе. Да какая разница?
– Ну а все-таки?
– Вот прицепился! Ничего оно не значит. Местные финны так называли речушку, рядом с которой построили городок, вот его так и нарекли.
– Так это финское название? – разочарованно протянул Ульвар.
– Название городу дали наши предки! А уж как они его придумывали, это их дело! – отрезал Барг. – Вы дальше слушать будете или нет?
– Да-да, прости, что перебили тебя! – извинился Ансгар.
– То-то же! Но, – возвысил голос Барг, – если я услышу еще хоть один дурацкий вопрос, то, клянусь водами Урда[49], мои уста сомкнутся навсегда и вы больше не услышите от меня ни слова! Хотя, по правде сказать, что тут еще рассказывать, я не знаю. Лет двадцать назад нам удалось отбить Альдейгью, но, как вы уже не раз слышали, потом нам пришлось покинуть эти земли. А затем сюда пришел Рёрик.
– А какие они, эти словене? Ты имел с ними дело? – уже забыв, что ему только что пришлось извиняться за излишние расспросы, снова полюбопытствовал Ансгар.
– Имел, конечно. Венды как венды, не знаю. – Барг по привычке почесал бороду. – Ну, наверно, не такие кровожадные, как руги, неплохие воины, во всяком случае, не хуже вагров.
– Да хоть бы их тролли сожрали, этих вендов! – послышался глухой голос Геслинга, – какое нам до них дело?! Ведь, как я понял, сражаться с ними нам не придется. Ты, Барг, лучше расскажи нам, что это за Аскольд такой, с которым воюет Рёрик, и где находится этот треклятый Кёнигард.
– Точно! Дело говоришь! – зашумели викинги.
– А-а, Геслинг! Знаешь, – как всегда, насмешливо ответил Барг, – обычно я рад, когда ты молчишь, но сейчас ты угодил в самое яблочко. Тут-то начинается самое интересное!
В глазах Барга сверкнуло отражение огня, придавая его лицу загадочное выражение. Круг слушателей сомкнулся еще теснее. Довольный произведенным впечатлением, Барг сначала широко улыбнулся, но потом стер с лица улыбку и, нагнав на себя таинственный вид, заговорил:
– Не знаю, рассказывали ли вам ваши отцы-деды, но я с самого детства знал, что великие асы пришли в северные страны с далекого юга. Давным-давно, так давно, что это даже трудно себе представить, Одину и его жене было пророчество, будто его ждет величие на севере. Тогда вместе со своей женой и всеми асами он покинул те края и двинулся на север, пока не достиг нашей нынешней родины. В то время в Нордланде правил конунг Гюльви, но, увидев Одина и его людей, Гюльви настолько поразился их красоте и величию, что сам пригласил его править в своей земле.
– Ну, эту историю все слышали, – прервал Барга Игуль, поглаживая свою колючую, словно еж, макушку – голову он почему-то всегда коротко стриг. – Я, конечно, не смогу рассказать ее так же интересно, как ты, но… что-то я не пойму, как эта история связана с Кёнигардом и Аскольдом?
Барг покачал головой и замолчал. Ансгар испугался, что он и вправду больше не скажет ни слова, но, видно, Барга так подмывало поведать свою историю кому-то, кто ее еще не слышал, что он смилостивился и, не удостоив Игуля ответом, продолжил:
