– Так он утверждал. И если бы я не была такой наивной идиоткой, я бы ему поверила. Но вместо этого я бросила ему вызов, а он сбежал и присоединился к королевскому флоту, поскольку только так мог доказать самому себе, что достоин моей любви. – Она покачала головой, с отвращением думая о наивной и эгоистичной девчонке, которой была. – Если бы я сбежала с ним в Грента–Грин, как он тогда просил, то он никогда бы не оказался ранен и не потерял бы зрение.
– И ты бы не поехала в Ферчайлд–Парк.
– Когда до меня дошел слух, что он живет в этом доме в полном одиночестве, словно раненый зверь, я подумала, что смогу ему помочь, – тихо сказала Сесиль, наблюдая за парой павлинов, важно вышагивающих по холмистой зеленой лужайке.
– И ты помогла?
Ее спас от ответа резкий звук открывающейся входной двери. Нахмурившись, она посмотрела на Эстель.
– Твои родители кого–то ждали?
– Никого, кроме тебя. Эстель моргнула от предзакатного солнца. – Странное время дня для неожиданного визита гостей, правда?
Они повернули головы к гостиной как раз вовремя, чтобы услышать, как дворецкий объявляет
– Граф Шеффилд.
Сесиль почувствовала, что кровь отлила от ее лица. И хотя первым ее инстинктом было спрятаться под стол, на самом деле она, вероятно, так бы и оставалась застывшей от шока на месте, если бы не Эстель, которая схватила ее за запястье и дернула за пышный куст рододендрона, который пробивался через трещину в каменных плитах около одного из окон.
– Какого черта он здесь делает? – прошипела Эстель.
Сесиль яростно затрясла головой, чувствуя, что ее сердце готово вырваться из груди.
– Я не знаю!
Они присели на корточки за кустом, едва осмеливаясь дышать, пока звучали вступительные слова приветствий.
– Я надеюсь, вы простите меня за вторжение. – Глубокий, хрипловатый голос Габриэля выплыл из окна, и Сесиль кожей ощутила дрожь желания. Ей достаточно было закрыть глаза, и он оказывался рядом с ней, за ее спиной, сверху нее, внутри нее.
– Не глупите! – возмутилась мать Эстель. – Мы почтем за честь приветствовать знаменитого героя. Весь Лондон гудит новостями о вашем удивительном выздоровлении. Это правда, что к вам полностью вернулось зрение?
– Я все еще испытываю проблемы, когда начинает смеркаться, но с каждым днем мне все легче с этим справляться. Мой врач, вроде бы, думает, что моему мозгу нужно некоторое время, чтобы догнать те успехи, которые сделали мои глаза.
Сесиль зажмурилась, и, не в силах удержаться, произнесла краткую, но горячую молитву благодарности небесам.
– Я приехал к вам сегодня не для того, чтобы говорить о себе, – произнес Габриэль. – Я надеюсь, что вы сможете мне помочь с одним личным вопросом. Я ищу женщину, которая когда–то работала на вас, а совсем недавно на меня – мисс Саманту Викершем.
– Он ищет тебя! – прошептала Эстель и с такой силой толкнула Сесиль локтем под ребра, что та охнула.
– Нет, не меня, – ответила она мрачно. – Он ищет ее. Разве ты не помнишь? Это была твоя идея дать ему рекомендательные письма от твоих родителей. И ты подделала подпись своего отца.
– Но мы предполагали, что, если он попытается связаться с ними, они все еще будут находиться в Риме.
– И представляешь, что произошло? Они совсем не в Италии.
– Саманта Викершем? – переспросил лорд Карстейрс. – Не припоминаю такого имени. Она работала прислугой в доме?
– Не совсем, – ответил Габриэль. – Согласно ее рекомендательному письму от вас, она была гувернанткой у ваших детей. В течение двух лет.
Леди Карстейрс, казалось, была озадачена еще сильнее, чем ее муж.
– Я не могу вспомнить ни ее саму, ни такое письмо. С тех пор прошло уже несколько лет, но я уверена, что вспомнила бы имя.
– Она должна была работать достаточно недавно, – осторожно сказал Габриэль. – Мисс Викершем молодая женщина, вероятно, ей не больше двадцати пяти.
– Что ж, тогда это абсолютно невозможно! Наш сын Эдмунд сейчас в Кембридже, а наша дочь… Минутку. Эстель, дорогая, – позвала ее мать через открытые окна. – Ты еще там?
Эстель бросила на Сесиль испуганный взгляд.
– Иди! – Сесиль с силой пихнула ее. – Иди, а не то они придут сюда тебя искать.
Эстель на заплетающихся ногах вышла из–за куста. Она разгладила свою белую муслиновую юбку и, напоследок бросив на Сесиль еще один ошеломленный взгляд, бодро крикнула:
– Да, мама. Я здесь.
Когда Эстель скрылась в доме, Сесиль проползла через кустарник и прислонилась спиной к кирпичной стене под окном. Она зажмурилась, борясь с искушением бросить даже один взгляд на Габриэля. Для нее было пыткой находиться к нему так близко, и в тоже время так далеко.
– Это наша Эстель, – сказал лорд Карстейрс, и в его голосе безошибочно угадывалась гордость. – Как видите, ей уже несколько лет как не нужна гувернантка.
– Она как раз в подходящем возрасте, чтобы начать заполнение детской своими собственными малышами, – добавила его жена, нервно хихикая. – После того, как мы найдем ей идеального мужа, естественно.
