Утром я снова проснулся в нежных объятиях Элизабет. Она еще спала, и судя по улыбке на ее лице была сполна удовлетворена и счастлива. Я тихонько выбрался из постели. Чувствуя себя скверно, точно после сильного похмелья, накинул халат, один из тех, дежурных, что были во множестве в гардеробе госпожи Кембер. Глянул на свою физиономию в зеркало. Если не считать легкие помятости от подушки, то нельзя сказать, будто я болею от инсталляции новой магии, но в данном случае внешностью была обманчива. Пригладив волосы, я направился в ванную. Это важное помещение, благодаря стараниям гарпии, осталось у нас лишь одно. И вышло так, что в эти минуты туда выстроилась очередь: в лице Бабского и меня.
— Как же она долго! — возмущался поручик, переминаясь с ноги на ногу. — Ваше сиятельство, вы же не будете оспаривать мое первенство в очереди?
— Без вопросов: если дело касается туалета, то ты, засранец, всегда первый, — слабо улыбнулся я, чувствуя мертвый холод в чакре-манипуре. По энергоканалу текла будто не энергия, а ртуть.
В этот момент щелкнул замок и из ванной вышла Бондарева. Вышла и меня очень удивила. Она обняла меня, пропуская Бабского, и с теплом поцеловала в губы.
Я опешил.
— Что это значит, Наталья Петровна? — глаза мои так и липли туда, где разошелся ее халат — там проступала груди баронессы, крупные, тяжелые. Даже при моем скверном состоянии, нестерпимо хотелось взвесить их в ладонях, этак неторопливо, каждую по отдельности.
— Ровным счетом ничего, Александр Петрович, — отозвалась Бондарева. — Решила пока не быть штабс-капитаном лично для вас, — и сейчас взгляд этой ведьмы был, конечно, гипнотическим.
— Может тогда вместе примем душ? — предложил я, вернув взор к разошедшемуся декольте халата — там даже мелькнул темно-розовый сосок.
— Это было бы слишком. И я только что оттуда, — встретимся за завтраком, она было направилась к пролому в свою комнату, но остановилась и сообщила: — Я тоже умею готовить. Не хуже твоей Элизабет, — потом сделала шаг ко мне и тише сказала: — Полагаю, я многое умею делать не хуже Элизабет.
— Наташ, ты мне сегодня очень нравишься. Очень! — произнес я, глядя ей в след.
Она не ответила. Вот же сучка! Как она умеет иной раз задеть! Если бы не мое неважное самочувствие, то я бы ее догнал, подхватил на руки отнес на кровать — кто знает, что было бы дальше.
После завтрака часа два с половиной моя группа осваивала новую тактическую схему «Краб Ольвары». Эта схема — моя личная разработка. Она неплохо показала себя для штурмовых действий в длинных, не слишком широких проходах, иной раз на узких улицах. Прежде я использовал ее в связке с хорошими лучниками. А Элизабет безупречный стрелок, да и Бондарева с Бабским тоже не зря служат в «Грифоне». Суть моей схемы в следующем: на счет «Раз!» я раскрываю магический щит, при этом Элиз, Бондарева и Бабский находятся строго за моей спиной: попутно Наташа контролирует наш тыл. На счет «Два!» я щит убираю и наношу удар широкой волной кинетики, снося всех, кто находится на пути в зоне 30–40 метров; одновременно Бондарева наносит ментальный удар, посылая волну растерянности и страха; в тот же миг Элиз делает три-четыре шага вправо, а Бабский влево, изготавливаясь к стрельбе. На счет «Три!» Элизабет и Бабский стреляют по выбранным целям, как правило, опрокинутым ударом кинетики, а потому в этот момент для нас безопасным; стреляют и возвращаются на исходные позиции — мне за спину. На счет «Раз!» я снова раскрываю щит, и все повторятся циклически, делается это в движении.
Именно так я собирался пробить нам дорогу на самом последнем участке пути к хранилищу герцога, в том случае если не удастся прокрасться туда тихо. И примерно так я рассчитывал пробиться назад к подземному ходу. Узким местом всего нашего плана оставалось отступление из замка, после того как мы завладеем Ключом. Я очень рассчитывал, что нам удастся провести операцию тихо, и даже не придется прибегать к схеме «Краб Ольвары», но шансы на это были не велики. Главные проблемы для нас могли начаться уже тогда, когда мы выберемся из подземелья. Там у избушки лесника — так я окрестил место начала подземного хода — нас наверняка будут ждать крупные силы Уэйна. Оставалось лишь рассчитывать, что и в этой схватке мы выйдем победителями, а план нашей эвакуации, разработанный графом Варшавским, сработает безупречно. И еще… Еще рассчитывать на то, что я все-таки Астерий. Нет, я не восхваляю себя, но я в себя верю, верю в свои силы и опыт.
