Лошадей своих разведчики не жалели, все животинки были мокрые от пота и парили, как самовары, в утренней прохладе. Вои лихо спрыгнули с невысоких в общем лошадок, явно не польские дестриэ, и тут же были окружены дворянами. С дисциплиной в войске было так себе. Лезть в эту кучу Боровой не стал. Вспомнил анекдот про медведя и лошадь, ну, тот, где медведь лошадь поймал и съесть решил, а она ему говорит, что её есть нельзя. «А чем докажешь»? — спрашивает медведь. «Так на подкове написано». Медведь и полез смотреть, и получил подковой в морду. Очнулся через какое-то время и говорит себе: «И чего полез, всё одно ведь читать не умею». Вот точно его вариант, чего в эту давку лезть, всё одно ничего не услышит, а по губам читать так пока и не научился. Хотя небольшие успехи есть. И главное — он над этим работает. Занимается примерно по часу в день этим с братом Михаилом, как и языками иностранными. Учит и латынь, и польский, и даже уж совсем экзотический древнегреческий, которым монах и сам-то владеет с пятого на десятое.
Боровой не полез в давку любопытных, но свои уши в лице брата Михаила подтолкнул туда.
«Подол сожгли татары. Люди в крепости заперлись. Много поганых. Тысячи. Тысячи три», — написал на бумажке монах.
Юрий Васильевич придумал приспособление для общения с ним, да и с другими «собеседниками». Планшет такой. Две дощечки, оправленные тонкой кожей, которые раскрываются вертикально, как блокнот. И на нижней кожа не полностью, в ней окошко вырезано. На мягком свинцовый карандаш писать не будет. А чтобы карандаш не потерялся он оплетён шёлковой нитью и на толстый шёлковый витой шнурок присобачен. Более того, за последние дни, уже здесь в Калуге Юрий Васильевич почти собственноручно резинку стирательную изготовил.
Для этой цели были изъяты из обращения на целый день все дети Калуги и её окрестностей. Команду они получили простую накопать максимально возможное количество корней одуванчика. За мешок Юрий им деньгу обещал. Погорячился явно. Получилось у него восемьдесят мешков корней. Их промыли в больших котлах, потом разложили на досках и стали другой доской плющить, затем молотком бить и снова забрасывать в котлы. Потом залили это водой и поставили вариться. Прокипятили и отфильтровали через ткань, стараясь выжать всё до капли. В результате получили несколько котлов липкого сока. После этого залили часть сока в небольшой котёл и стали кипятить, а когда жижа закипела… Ага, там подготовительная операция одна была. Поучительная. И именно она-то и подвигла Юрия Васильевича на этот эксперимент. Он спросил Ляпунова на второй или третий день, как они вернулись в Калугу из Москвы, есть ли у них порох. Хотел пострелять из подаренного боярином Воронцовым мушкета. Тимофей Михайлович сказал, что есть пять бочонков. Открыли первый, а там монолит. Попала вода как-то, хоть внутри бочонка кожаный мешок и только в нём порох. Сотник расстроился. На счастье, во втором бочонке порох был нормальный. Правда, и в том не привычный порох их будущего, такими крупинками, а «мякоть», порошок чёрный.
Постреляли. Но это не главное. Ляпунов выглядел расстроенный, и на вопрос чего мол, написал, что порох жалко, выбрасывать придётся. Целый бочонок. Куча серебра. Химиком великим Артемий Васильевич не был, но помнил из школьной программы ещё, что селитра отлично растворяется в тёплой воде. В чём проблема прокипятить этот порох и потом испарить полученную жидкость, вновь получив селитру, а остаток размолоть? Там сера и сажа… Сера. Вот тут Боровой и вспомнил, что брат Михаил мучается каждый раз ножиком с бумаги счищая надпись предыдущую. Вспомнил и решил стирательную резинку ему сделать. Переработали тот бочонок и вот сейчас в кипящий сок из корней одуванчика добавили остатки от кипячения пороха.
Кипятили сок долго. Выпаривали и новую порцию подливали. И так весь день. В результате у них получилось приличная куча коричневой субстанции. Которую опять прокипятили с водой. Полученную коричневую жижу снова профильтровали и опять в котлы кипятить и испарять. Из неё получили для тех деток, что принимали во всём этом участие настоящую сладкую карамель. Правда там не сахароза, а инулин. Но сладко и вкусно. А для организма безвредно — это же сахар для диабетиков.
А вот то, что отфильтровали через льняную ткань собрали и… Нужно произвести пиролиз. То есть, нагреть полученную чёрно-коричневую массу без доступа воздуха. Ну, соединили два котла глиной и оставили несколько дырочек. Поставили на огонь в последний раз. Воняло, как из Ада, серой и сероводородом. Ужас. Через час, когда выделение газа кончилось, верхний котёл сняли, а в нижний воду залили, когда варево остыло. Подождали чуток и ребятишки слили воду. В котле был приличный кусок резины. С футбольный мяч. Из него Юрий Васильевич с вырезал несколько стирательный резинок для брата Михаила.
