Чья-то печка, чья-то хата,
На дрова распилен хлев…
Кто назябся – дело свято,
Тому надо обогрев.
Дело свято – чья там хата,
Кто их нынче разберёт.
Грейся, радуйся, ребята,
Сборный, смешанный народ.
На полу тебе солома,
Задремалось, так ложись.
Не у тёщи, и не дома,
Не в раю, однако, жизнь.
Тот сидит, разувши ногу,
Приподняв, глядит на свет.
Всю ощупывает строго, –
Узнаёт – его иль нет.
Тот, шинель смахнув без страху,
Высоко задрав рубаху,
Прямо в печку хочет влезть.
– Не один ты, братец, здесь.
– Отслонитесь, хлопцы. Темень…
– Что ты, правда, как тот немец.
– Нынче немец сам не тот.
– Ну, брат, он ещё даёт,
Отпускает, не скупится…
– Всё же с прежним не сравнится, –
Снял сапог с одной ноги.
– Дело ясное, – беги!
– Охо-хо. Война, ребятки.
– А ты думал! Вот чудак.
– Лучше нет – чайку в достатке,
Хмель – он греет, да не так.
– Это чья же установка
Греться чаем? Вот и врёшь.
– Эй, не ставь к огню винтовку…
– А ещё кулеш хорош…
Опрокинутый истомой,
Тёркин дремлет на спине,
От беседы в стороне.
Так ли, сяк ли, Тёркин дома,
То есть – снова на войне…
Это раненым известно:
Воротись ты в полк родной –
Всё не то: иное место
И народ уже иной.
Прибаутки, поговорки
Не такие ловит слух…
– Где-то наш Василий Тёркин? –
Это слышит Тёркин вдруг.
Привстаёт, шурша соломой,
Что там дальше – подстеречь.
Никому он не знакомый –
И о нём как будто речь.
Но сквозь шум и гам весёлый,
Что кипел вокруг огня,
Вот он слышит новый голос:
– Это кто там про меня?..
– Про тебя? –
Без оговорки
Тот опять:
– Само собой.
– Почему?
– Так я же Тёркин.
Это слышит Тёркин мой.
Что-то странное творится,
Непонятное уму.
Повернулись тотчас лица
Молча к Тёркину. К тому.
Люди вроде оробели:
– Тёркин – лично?
– Я и есть.
– В самом деле?
– В самом деле.
– Хлопцы, хлопцы, Тёркин здесь!
– Не свернёте ли махорки? –
Кто-то вытащил кисет.
И не мой, а тот уж Тёркин
Говорит:
– Махорки? Нет.
Тёркин мой – к огню поближе,
Отгибает воротник.
Поглядит, а он-то рыжий –
Тёркин тот, его двойник.
Если б попросту махорки
Тёркин выкурил второй,
И не встрял бы, может, Тёркин,
Промолчал бы мой герой.
Но, поскольку водит носом,
Задаётся человек,
