Стихи, навеянные жизнью и воспоминаниями, для редких любителей поэзии.
В жёлтом поле василёк
тянет к солнцу стебелёк.
Он сияет краской неба,
колоски украсил хлеба.
Яркий цветик василёк,
синевой своей увлёк.
Васильки и василёчки,
сердцу милые цветочки.
Кто с деревнею знаком,
любовался сорняком.
Задувал под юбку ветерок.
По-хозяйски ноги теребил.
Убеждал, что это не порок,
и свистел, и заунывно выл.
И стелился лестью до поры,
клялся защищать, ценить.
Обещания, как мир стары.
И являл завидную он прыть.
Лёд хрустит, а ниже лужа.
Завершает царство стужа.
Тонких трещинок узор
привлекает нынче взор.
Все сугробы почернели,
звуки дружные капели.
Скоро зелень и цветы.
Смена зимней красоты.
Клубится снег в водовороте.
Как прежде Вы чего-то ждёте.
Любви немного, ласки и тепла.
Душа горит, но не сгорит дотла.
Снежинки охладят охоты пыл.
Расчёт, чтоб всяк весну забыл.
Друг для друга опора
и друг другу подмога.
Расставание не скоро.
Не печалит тревога.
И журчание нежных,
одобрительных слов,
изречений неспешных
для спокойствия снов.
Ласка жестов и взоров,
разговоры без споров.
Замерли снежинки,
не хотят упасть.
Маленькие льдинки,
холода напасть.
Сбросило насильно
небо от досады.
Разозлилось сильно.
Снега водопады.
Ветер, поддержи их,
подними повыше.
Дел простых мирских
не хотят они же.
Иней белый серебрится,
намекает, надо бриться.
Ветки пудрит седина.
Венец мудрости она!
Скоро тёплые денёчки
на кусте распустят почки.
Забурлят шальные соки.
То любви наступят сроки.
Солнце встало над горою.
Я глаза скорей прикрою.
Опущу свои ресницы.
Ярко радуга сочится.
Ослепляет поутру.
Слёзы я свои утру.
Налетело, запуржило,
небо серым обложило.
Заунывно завывает,
иногда весной бывает.
Замело и закружило,
холодком заворожило.
Меленький, беленький падает снежок.
Метко попадает он в лужицы кружок.
Снежные малютки в мокроте растают.
Крошечная лужица быстро подрастает.
На тропе лесной разлилась вальяжно.
Обернуться в озеро для неё так важно!
Маленькая, грязная разрастётся лужа.
Та узенькая тропочка станет еще уже.
Нудно капает с небес.
То концерт устроил бес.
Он использует погоду:
на металл наводит воду.
И потоком с крыши вниз
бьются капли о карниз.
До диез на целый день.
Бесу раздражать не лень.
Поступь тёплая весны
прерывает ночью сны.
Птицы щебет. По утрам
отбивает службу храм.
Громко колокол гудит.
Соне звон не угодит.
Надежда умерла, осталась вера.
Она одна пока поступкам мера.
Оплакала родную, милую сестру.
Разлука ей пришлась не по нутру.
И вспоминает прошлое с укором.
Воскреснет ли её надежда скоро?
Кабы ты, кабы я,
то была бы семья.
Кабы я, кабы ты,
дни любви золоты.
Кабы ты, кабы мы…
Иллюзорные сны.
Волны разной частоты.
Мы отдельно, я и ты.
Гнали в поле лошадей.
И гнедой кусал, злодей.
Под копытами цветы.
Чудо лета помнишь ты?
Развевалась грива на скаку.
Растрепалась длинная коса.
Много приключений на веку.
Быстро вянет женская краса.
Наступили дни унылые не те.
Прежде поклонялись красоте.
Тёмной ночью звездопад
неожидан, невпопад.
Срочно надо загадать,
чтоб настала благодать,
чтобы люди всей Земли
счастье обрести смогли,
чтобы каждый человек
засиял звездой навек,
чтоб звезда упала точно,
мир бы зажил непорочно.
Про себя забыл, обидно.
Звездопада уж не видно.
Рельсы жёлтые, ржавые.
Там трамвай не звенит.
Слышу звуки картавые,
всё про деньги, кредит.
Где же манна небесная?
Непригодным нельзя.
Чья-то тропочка тесная
вьётся, жизнь тормозя.
Измена ждет, не сомневайся.
Константа жизни – это ноль.
Предательству ты улыбайся,
с ним познакомиться изволь.
Неведение с мечтами вместе
проложат к горю трудный путь.
От грусти ты в укромном месте
молитву вознести не позабудь.
Жизнь облом, и я плохая.
Напролом в ворота рая.
Стоп у самой у двери.
Пропусти же, отвори.
Я старалась, ты поверь.
Не пускают в эту дверь.
Крест земной нести пока.
Слишком рано в облака.
Не до песен стало, не до нот.
Равнодушен сделался народ.
Погружение идёт в смартфон.
Отключит от лютой жизни он.
Не до праздников и дружбы.
Созерцать экран ведь нужно.
Московский напев
– хищника рык.
Безудержный гнев.
Я слушать привык.
Вражда идёт давно.
Исправить не дано.
