– А теперь можно и начать, – я осторожно вытащила пузырек и вылила половину его содержимого в котелок. Сначала никакой реакции не происходило. Просто зеленая жидкость, с бурыми разводами стала насыщенного коричневого цвета. – И? Это все? – мой голос прозвучал слишком разочарованно. – А где взрыв или шипение? Але?! – я чуть потрясла котелок, чтобы до него дошло, что такие действия меня не устраивали в корне.
– Потерпи. И лучше отойди на несколько метров, ты ведь не хочешь остаться без бровей и глаз? – настоятельно попросил меня Хадор, схватив меня за руку и оттащив подальше от стола.
И действительно. Нужно было только немного потерпеть. Прошло чуть больше минуты и зелье начало действовать. Оно стало шипеть, не хуже змеи, дым приобрел насыщенный фиолетовый оттенок, в котором мы и рассмотрели составляющие крови.
– Как я и думала. Кровь единорога и перья пегаса. Они перемололи все и смешали.
– Но, даже узнав это, мы ничуть не приблизились к истинной личности нанимателя Йотина его и подручных.
– Приблизились. Теперь мы точно знаем, что наниматель изготавливает «Эпольези» и вычислить его стало куда проще. Как думаешь, в мире много неизлечимо больных людей с такой властью и желанием жить? Сомневаюсь.
– Но что делать дальше? – задался насущным вопросом Хадор, озвучив мои собственные мысли.
– Сократить список и сообщить обо всем Теаселу и Кишрашу. Думаю, их помощь в этом деле будет необходима. У нас нет возможности шататься по всему Лакмэ в поисках виновника, а у них есть, как и нужные нашему поиску связи и магия. Они справятся.
– А мы тогда чем займемся в это время?
– Поищем возможных виновников в Академии. Нас неслучайно отправили на это задание по практике. Ты знаешь много студентов-выпускников, который посылали устранять браконьеров, связанных с черным рынком?
– Таких вообще нет, – фыркнул Хадор, чуть изломив бровь и недовольно поджав губы.
– Вот именно. И ты заметил, как удивился нашему здоровому появлению весь учительский состав. Я всегда чувствовала, что эта Академия сборище тех еще профессионалов, не удивлюсь, если один из помощников нашего нанимателя здесь околачивается.
– И с кого начнем? – заинтересованно спросил тифлинг, чуть улыбнувшись и читая мои мысли.
– С акромантула. Он пока мой главный подозреваемый.
***
Когда Хадор вышел проверить обстановку вне лаборатории, я отлила немного зелья для еще одного распознавания. Мне было необходимо узнать, кто же отец нашего тифлинга. Уж слишком сильно заинтересовался им Мишраш со своими словами о чем-то знакомом, да и мать полукровки тоже задачу осложнила. Моя тяга к этому парню была слишком магической и неконтролируемой и я хотела наконец-то узнать, какая кровь в жилах нечеловека, который так сильно влиял на мое сердце, дергая за ниточки, ведущие к душе.
Достать кровь тоже не составило особого труда. Василиск я или где? Правда, пришлось изобразить невинности и неловкость, а если быть, точнее, то попросту запнуться и улететь в сильные руки Хадора. Надеюсь, что он ничего не заподозрил, иначе мне устроят такую выволочку, что я ни только ничего узнавать не захочу, а сбегу из этой Академии, наплевав на поиск нанимателя и животных.
Закрывшись в ванной комнате нашей с Ифой спальни, я достала остатки зелья и капнула в него добытую силой и гениальностью кровь.
Это я, конечно, перегнула, но не в этом дело.
Томительные минуты заставили пот выступить у меня на лбу и нервная дрожь прошлась по телу, отчего мои коленки начали медленно, но ощутимо стучать друг об друга. Я ждала, закусив зубами нижнюю губу и сцепив пальцы в замок, прижав их к груди.
И время вышло.
Снова клуб фиолетового дыма и яростное, оглушающее шипение, которое разбудило мою соседку.
– Что у тебя здесь… Фу, воняет так, будто дохлого скунса выжали на не менее дохлого орка и на него помочился акромантул.
– Цыц! – гаркнула я на Ифу, стараясь не отвлекаться от происходящего.
И мои опасения подтвердились, заставив мой левый глаз дергаться под одному ему известную мелодию, а соседку позади меня присвистнуть от удивления.
– Какого…? Это же шутка? – переспросила я, не веря в увиденное.
– Боюсь, подруга, что нет. Слушай, у вас же с этим полукровкой шуры-муры какие-то, да? Получается, что если вы поженитесь, то ты станешь…
– Тихо, не озвучивай то, о чем сейчас подумала. Если скажешь вслух, то уже ничего не изменится.
– Не думаю, что мои слова смогут разрушить эту реальность. Но ладно, я промолчу. В любом случае я какого-то подобного родства и ожидала. Уникальный экземпляр ты отхапала, Ава, я прямо удивлена. А его мать отчаянная женщина, уважаю.
И в фиолетовом дыме, яркими желтыми витиеватыми буквами, словно издеваясь, мерцала надпись: «Сын Ширхара тех Лирша».
И после повторного прочтения у меня задергался еще и правый глаз.
– Ширхар тех Лирш! Вы издеваетесь! Нет, я все понимаю, у Куваны была бурная молодость и все такое, но какого черта именно тех Лирш?! Никого другого мать Хадора выбрать не могла? Это же ужас!
