Они уж поравнялись с Воротами Иштар, на которых месяц освещал отливавшие голубизной изображения священных быков, как неожиданно на пути Набусардара появился человек, с головой закутанный в мантию жреца. Он выступил из-за колонны, заканчивающейся шестом с обвитой вокруг него железной змеей – знак Ниниба, бога силы, здоровья и целебных средств, символы которого были расставлены по всем улицам Вавилона.
Человек внезапно очутился у самой морды коня, солдаты выхватили мечи и хотели оттолкнуть его от Набусардара.
Но жрец опередил их, вполголоса сказав полководцу:
– Выслушай меня, Непобедимый, у меня есть для тебя важное сообщение.
– Кто ты? – спросил Набусардар, в то время как воины стояли со скрещенными мечами между ним и незнакомцем.
– Я – халдей телом и душой.
– Твое имя?
– Не гневайся, если я не открою тебе своего имени. Пусть тебе будет порукой то, что у меня нет ни меча, ни злых умыслов. Пусть твоя светлость выслушает меня, хоть ты и не знаешь моего имени.
– Жди меня здесь после совещания, – приказал Набусардар.
– Тогда будет поздно, досточтимый, мне важно, чтобы ты узнал все сейчас.
Жрец так подчеркнуто произнес это «сейчас», что Набусардар согласился выслушать его. Он велел солдатам осмотреть ближайшие декоративные кусты и деревья, и они вместе с жрецом укрылись в их тени. Телохранитель и солдаты остановились поодаль, чтобы не мешать их беседе, но прийти на помощь Набусардару, если понадобится.
Едва они очутились в зарослях кустарника, жрец сказал:
– Теперь я могу открыть тебе, кто я. Я Улу, жрец Эсагилы и первый советник верховного жреца.
Набусардар невольно отпрянул и недоверчиво взглянул на закутанного с ног до головы жреца.
– Я Улу, – повторил тот и слегка приоткрыл лицо, так что теперь его было хорошо видно при свете луны.
– Что привело тебя ко мне?
– Та же любовь, которая таится и в твоем сердце, и та же ненависть к персам, которая заставляет тебя готовиться к войне с ними.
– Если ты вздумал провести меня, я уложу тебя тут же на месте, жрец Улу, – предостерегающе сказал Набусардар.
– Лучшим доказательством тебе будет то, что я скажу, иных у меня нет.
– Говори, – приказал полководец.
– Ты быстр, как орел, и силен, как лев, господин, но есть вещи, которые остались бы навеки скрыты от твоего взора, если бы великие боги своей властью не сталкивали замыслы людей.
– Говори короче, мне некогда слушать долгие речи.
– От тебя, конечно, скрыли, Непобедимый, что Сан-Урри жив и прячется в Эсагиле. Украденный план Мидийской стены он отдал верховному жрецу. Не исключено, что Эсагила передаст его персам.
Набусардара словно ударили мечом по голове. Жрец заметил, как ошеломило Набусардара его сообщение, и умолк.
– Говори дальше, Улу, – приказал полководец, до боли стиснув руки. – Одно мне не ясно: как может Эсагила передать план именно персам?
– Она заключила с ними договор, господин, – шепотом сказал Улу, оглядевшись вокруг.
– Какой может быть договор у Эсагилы с персами?
Улу снова осторожно огляделся и потом подробно рассказал Набусардару о визите жрецов Ормузда из Экбатан и о тайном соглашении, копию с которого он снял в подземном святилище Мардука. Набусардар даже заскрежетал зубами, когда услышал от Улу, что священнослужители Эсагилы встали на сторону Кира и обещали ему выдать Вавилон, если он оставит в неприкосновенности Храмовый город.
– Предатели! – Тяжким камнем сорвалось это слово с языка Набусардара.
– Да, предатели, господин, – убежденно сказал Улу, – подлые предатели, которых алчность довела до того, что они торгуют жизнью людей, продают за золото народ, продают государство, продают родину.
– Ты один из них, как же ты можешь говорить так? Ты знаешь, что тебя за это ждет смерть!
– Я готов принять смерть, досточтимый господин, я готов умереть за Халдейское царство. Знаю, что братья из Эсагилы не проявили бы ко мне милосердия, они жестоки и бесчеловечны. С этого дня я отмечен клеймом смерти, но меня уже ничто не страшит. Я хотел поставить тебя в известность о затеваемом Эсагилой, чтобы ты знал, кто враг тебе в Халдейской державе. Никому не говори обо мне, я постараюсь еще быть тебе полезным. Я буду сообщать сведения, которые помогут тебе. И да благословит тебя великий Мардук, Непобедимый.
– Да хранит тебя дух страны наших предков, Улу.
– Да хранят нашу страну твоя мощь и боги, досточтимый.
Набусардар посмотрел на небо, уточняя время.
– Это все, Улу? Мне пора ехать.
– Есть кое-что еще, Непобедимый.
И Улу рассказал о встрече с персидскими шпионами, которых он застал на постоялом дворе, о свидании с Устигой в трактире у деревни Золотых Колосьев, где они договорились, что Устига пошлет Элоса и Забаду к городским воротам, а Улу проводит их в башню Этеменанки и поможет им завладеть планом Мидийской стены. Поскольку ворота охраняют не только солдаты царя, но и вооруженные слуги Эсагилы, Улу предложил Набусардару тайно перебить всех солдат Эсагилы, тогда у входа останутся только его воины, и они без помех схватят Элоса и Забаду.
