А вы никогда не задумывались, что когда скидываете входящий звонок грубым "Мне некогда говорить. Перезвоню потом!", это может оказаться вашим последним разговором с этим человеком?"Важный звонок" – рассказ-размышление, рассказ-мнение на этот вопрос.
– Алло! Я в метро, не могу говорить. Перезвоню, – еле скрывая раздражение, гаркнул в телефон Иван Иваныч и нажал на кнопку отбоя.
– А вы не задумывались, что возможно это ваш последний разговор с этим человеком? – раздался мужской голос за спиной Иван Иваныча.
От неожиданности Иван Иваныч чуть не подпрыгнул: в этот поздний час людей на станциях метро можно было по пальцам пересчитать. Особенно на удалённых от центра.
Иван Иваныч резко обернулся назад и хотел уже было высказать незнакомцу всё о его длинном носе, как мужчина продолжил извиняющимся тоном:
– Я как всегда лезу не в своё дело! Прошу меня простить!
– Да ничего, – буркнул сквозь зубы Иван Иваныч и отвернулся.
Телефон Иван Иваныча пиликнул, сообщив о новом смс: «00.23. Абонент Жена пытался вам дозвониться».
«Как она достала! Неужели никак не может понять, что у меня контракт, у меня работа?! Сроки вон горят, что аж жо… жарко…» – зло подумал Иван Иваныч, тупо смотря в погасший экран телефона. Погружённый в свои мысли, он не заметил, как спустился вниз, и чуть было не упал, споткнувшись о ленту эскалатора.
– Аккуратнее, – подхватил его за локоть незнакомец. – Мне кажется, вы настолько устали, что спите на ходу.
– Да… Спасибо, – замешкался Иван Иванычи и тут же почти бегом направился в сторону нужной платформы, надеясь успеть на поезд.
«Чёрт! Болван невнимательный! Если бы ты не споткнулся, то уже ехал бы себе спокойно домой! Теперь жди. Не меньше десяти минут точно!» – ругался на себя про себя Иван Иваныч.
– Нам, оказывается, ещё в одну сторону ехать! – весело резюмировал незнакомец, подойдя к платформе. – Вам до какой?
– До конечной, – Иван Иваныч искоса посмотрел на незнакомца. Потом по сторонам. Никого, кроме них двоих, на станции не было.
– Меня Никитой Александровичем зовут, – незнакомец протянул руку. – Друзья зовут просто Кит.
Иван Иванович с подозрением посмотрел на протянутую руку, но всё же пожал её.
– Иван Иваныч. Просто – Иван.
Вновь пиликнул телефон: «00.31. Жена. Ванечка, перезвони мне! Я переживаю». Иван Иваныч заблокировал телефон и, стиснув зубы, чертыхнулся.
– Когда-то и я не ценил эти навязчивые пиликанья, – не поворачивая головы, горько усмехнулся Никита Александрович.
Иван Иваныч вновь покосился на нового знакомого. Он же резко повернулся к Ивану Иванычу и, глядя в глаза, продолжил:
– Знаете, уважаемый Иван Иванович, что самое страшное в этом?
Иван Иваныч недоумённо покачал головой.
– А то, что эти мелочи замечаешь после того, как они уходят из твоей жизни, – Никита Александрович также резко отвернулся к таймеру. – Не спешит поезд. Но оно и правильно. Спешка ни к чему хорошему ещё не приводила. – И не глядя в сторону Ивана Иваныча, спросил: – Я ведь опять лезу не в своё дело, да?
– Да нет, что вы, – ехидно ухмыльнулся Иван Иваныч. – Прошу вас, продолжайте!
– Несколько лет назад… – Никита Александрович пропустил подковырку Иван Иваныча мимо ушей. – Погодите. Уже почти шесть лет. Целых шесть лет прошло, как я вот также, как вы, бесился от частых звонков ради «позвонить», от сообщений, которыми был закидан мой мессенджер: чаты по работе резко смещались, и я мог послать туда какую-то ерунду. А вот, собственно, и наш поезд.
Никита Александрович жестом пропустил Иван Иваныча в вагон. Они оказались единственными пассажирами.
– Придётся постоять, как думаете? – подмигнул Никита Александрович и тут же, встретившись с колким взглядом Ивана Иваныча, поспешил оправдаться. – Согласен, шутка неудачная.
Не сговариваясь, они прошли на противоположную от входа скамейку.
– Терпеть не могу этот голос! – в сердцах сказал Никита Александрович. – Не этой женщины конкретно. А вообще.
И как будто осознав лишнюю вольность, он замолк и погрузился в свои мысли.
Иван Иваныч облегчённо вздохнул про себя: «Авось и забудется. Угораздило же встретиться с этим странным… Китом».
Иван Иваныч как можно незаметнее и тише устроился на сиденье и уже было стал проваливаться в дрёму, как из глубины сознания он услышал:
– Иван Иваныч! Иван!
Чуть ли не чертыхнувшись вслух надоедливости и приставучести Никиты Александровича, Иван Иваныч смачно храпнул, дабы сделать вид, что спит.
– Спите, значит… – констатировал Никита Александрович и зачем-то ещё раз повторил. – Спите.
Он опять замолк. Однако сон уже не шёл к Ивану Иванычу и через несколько минут он проговорил, не открывая глаз:
– Ну и долго ещё ждать ваш рассказ?
– Так вы не спите?! – воскликнул Никита Александрович, едва не подскочив на месте.
– Уснёшь тут с вами, – приоткрыл один глаз Иван Иваныч. – Вы там начали говорить про шесть лет и про какие-то звонки ради «поговорить»…
– Ах, да. Шесть лет…
