Лиляна внимательно оглядела мужчин. И осталась довольна: Младен был самый красивый. Траян Евтимов тоже ей понравился, седина его не портила. Он внимателен, в нем чувствуется умение ухаживать и светская учтивость. Понравился ей и спортивный костюм Евтимова — в елочку. Костюм не новый, но видно, что сшит у хорошего портного. И вообще хорошо, что он даже внешне как-то выделяется. А то здесь не отличишь мужчину от женщины, рабочего от инженера. Все, не исключая Мирко и Младена, одеты в брезентовые брюки, ватники или куртки. Чтобы еще больше подчеркнуть различие между собой и остальными, Лиляна так положила ногу на ногу, чтобы всем было видно, какие они у нее стройные. И, не поворачивая головы в сторону Младена, сказала:
— А почему это инженер Зарев стоит? Он, верно, уже приготовился петь соло?
Младен не торопился сесть рядом с ней, хотя все время только об этом и думал. Он боялся выдать свое смятение.
Лиляна, конечно, приехала сюда из-за него. Она осталась только ради него. Но как держать себя с ней при посторонних? Ему хотелось поскорее рассеять недоразумение их последней встречи. Собственно, никакого недоразумения не было. Он приревновал Лиляну, не мог спокойно видеть ее легкомыслие и кокетство. Его и сейчас это раздражало. Может быть, она хотела скрыть от чужих глаз свое чувство? Но что-то уж слишком она его прячет. Вот снова начала бессмысленную болтовню с Евтимовым.
— Инженер Евтимов — самый приятный собеседник, — сказала Лиляна Светле, когда та подходила к столу. — Уже ужин? Я помогу вам накрыть на стол. Это предоставьте мне. — И она лениво, с кошачьей грацией поднялась со стула. — Где ножи и вилки? А куда вы кладете хлеб? Ведь я ничего не знаю. Больше мешаю. Но когда приеду в следующий раз, то помогу вам уже как следует… Вилки нашла, а где ножи?
Светла заразилась ее веселым, беззаботным настроением.
— Дело в том, что резать ножами нечего. Я думаю, сделать яичницу.
— Что, яичницу? Дайте я сделаю. Яичница по-панагюрски — это моя специальность. И единственная, конечно, — она взглянула на свою светлую юбку и красный свитер. — Мне нужен фартук. Я возьму, да? — И, не дожидаясь разрешения, взяла цветастый фартук и надела его.
— Жаль, что у вас нет зеркала побольше — посмотреть бы, как я выгляжу. Какой миленький ситчик! По-моему, он очень подходит к свитеру.
Весело напевая, Лиляна поднялась на цыпочки, чтобы оглядеть себя в зеркало, схватилась за вешалку и свалила ее. Почувствовав себя виноватой, она на мгновение смутилась, но тут же весело рассмеялась, заражая всех своей беспечностью.
— А кто будет поднимать вешалку? Я ее уронила, а поднимает пусть кто-нибудь другой! Не могу же я одна заниматься этим. Для чего тогда созданы мужчины?..
Никто и не подумал сердиться. Младен был ошеломлен ее дерзким кокетством, которое в другой женщине показалось бы ему просто неприятным. Ее молодость, задор, беспечность оживили все вокруг. И никогда комната Мирко не казалась ему такой приветливой, даже нарядной. О чем еще можно было ему мечтать, как не о такой же комнатке у озера, где по вечерам его встречала бы Лиляна?
— Мне кажется, инженер Зарев не очень мне рад, — Лиляна продолжала говорить о нем в третьем лице. — А я с таким нетерпением ехала сюда. Всем нашим надоела своими вопросами: сколько осталось? Когда доедем? Меня даже стали расспрашивать, уж не замужем ли я и не работает ли мой муж тут, на стройке. А я им сказала, что еду к жениху уговорить его оставить водохранилище и поискать работу в Софии, тогда мы сможем пожениться.
Девушка сказала это шутливо, но глаза ее не смеялись. Она искоса, но очень внимательно поглядывала на Зарева: как он реагирует на ее слова?
— Вряд ли такой человек найдется на всем строительстве, — заметил Мирко.
— Так ли? — удивилась девушка. — Ну, о вас я не говорю. Вы муж очаровательной Светлы. Но другие? Инженер Евтимов, вы женаты? Неужели бы вы не пожертвовали стройкой ради любимой женщины?
Евтимов не спешил ответить.
— А, долго думаете, — нетерпеливо и недовольно сказала Лиляна. — И инженер Зарев тоже все раздумывает? Я хотела, чтобы вы мне ответили так, как вам подсказывает сердце, а не разум.
— Я думал о другом, — пробормотал Младен.
— А не о другой? — она старалась шуткой прикрыть свое разочарование.
— Я вот хочу задать вам тот же вопрос, — отозвался Мирко. — Вы бы уехали из Софии из-за мужчины? Могли бы остаться на стройке?
— Ни в коем случае, — не колеблясь, ответила девушка.
— А если заставят?
— Кто это может меня заставить?
— Ну, например, ваш муж, если он здесь работает.
— Ну и пусть работает! Я из Софии никуда ни поеду… Но я еще не получила ответа от наших холостяков. Так как же, а?..
— К сожалению, я женат, — сказал Евтимов.
— Что вы говорите! Жаль! Однако вашей жены здесь нет?.. Умная женщина.
Светла наблюдала за Младеном. Всегда остроумный и находчивый, сейчас он сидел в стороне и не принимал участия в разговоре. С присущим ей тактом Светла поняла, что ему не по себе, и постаралась переменить тему разговора.