Я не ответила. Я просто не могла ничего сказать, меня переполняла страсть, и я не хотела испортить ту связь, которая тогда возникла между нами, ненужными словами. Но ответить все же нужно было. Я немного отодвинулась от него и внезапно для самой себя прильнула к его губам. Он явно не ожидал такого «ответа» на его вопрос. Он со страстью ответил на мой поцелуй. Не знаю, сколько мы вот так целовались в танце (или танцевали во время поцелуя), время тогда не имело никакого значения. В какой-то момент он остановился и тяжело дыша произнес мне на ухо:
–
Может быть прогуляемся?
И снова я не хотела ему отвечать, так что я просто кивнула головой в знак согласия.
Мы вышли на улицу, и свежий ветер сразу обдул мое разгоряченное тело. Я горела, но не от жары, а от желания.
Дэниел решил пройтись вдоль берега, и я была не против. Мы молча шли, каждый думал о своем.
В моей же голове происходил невероятный конфликт интересов. Я обдумывала все действия, который произошли в клубе, и то начинала жалеть, то была очень рада, что поступила именно так – я сама не знала, чего хочу. Но одно я понимала наверняка – сейчас я хочу быть именно здесь и именно с ним.
Молчание стало слишком “громким” и некомфортным. Думаю, он это тоже чувствовал, поэтому решил прервать его.
–
Это молчание означает то, что ты не хочешь общаться или то, что тебе просто тяжело сейчас что-либо сказать?
–
Думаю, что ни то, ни другое. Я просто задумалась. Столько всего спонтанного произошло, мне необходимо было все обдумать.
–
То есть, ты жалеешь о некоторых спонтанных моментах?
–
Думаю, что нет. Я сама тебя поцеловала, и раз я это сделала, значит была к этому готова.
Дэниел минуту молчал и пристально смотрел на меня.
–
Тогда почему у меня такое чувство, будто ты своим ответом пытаешься убедить не меня, а саму себя.
–
Ты же знаешь, я не склонна к подобному спонтанному поведению.
–
Да, я уже имел возможность в этом убедиться. Ладно, закроем этот нелепый разговор. Лучше скажи мне, когда ваш последний день на этом замечательном острове?
–
Послезавтра улетает наш самолет…
–
Тебе грустно?
–
Честно говоря, да. Это было прекрасное время, беззаботное и наполненное вдохновением. Я сделала много потрясающих кадров. И не хочется возвращаться.
–
А что тебе мешает фотографировать в своем городе?
–
Родители против моего увлечения. Я хочу быть фотографом и посвятить все свое время именно этому, а они считают, что фотоаппарат и мои кадры – не больше, чем просто хобби, и что это не серьезно.
–
Ну они явно ошибаются. У тебя прекрасные работы, которые похожи на профессиональные снимки в журналах. А что самое удивительное – ты прекрасно чувствуешь людей, видишь их изнутри. Поэтому люди к тебе и тянутся. Ты невероятная, Ила. К тому же, ты же уже взрослая, зачем же тебе во всем слушать родителей. У тебя своя жизнь, и если чувствуешь, что это твое, то действуй вопреки всему.
Пока он говорил все эти слова мне, я смотрела и не верила в то, что мы вдвоем идем в такую прекрасную ночь по берегу моря и разговариваем по душам, как давно уже знакомые люди, близкие друзья, которые уже разучились скрывать что-либо друг от друга. Внезапно мне захотелось его обнять. Но я воздержалась и просто дотронулась до его руки.
Он вдруг остановился и встал напротив меня, схватив обеими руками меня за плечи.
–
Послушай, ты обязана следовать своей мечте, обещай мне, что будешь. Я надеюсь в дальнейшем приехать к тебе в город и увидеть огромный постер, рекламирующий выставку твоих фотографий, пойти на нее и купить одну из лучших твоих работ. – Еще несколько секунд он смотрел мне в глаза, добавляя мне своей уверенности и искренности, после чего отпустил меня, и мы пошли дальше.
–
Да? И что же ты с ней будешь делать??
–
Повешу в своей комнате, чтобы каждый раз, когда на нее смотреть, вспоминать о милой и талантливой девушке, которая сумела вскружить мне голову с самой первой встречи.
Я не могла больше просто слушать все это и ничего не предпринимать.
–
Зачем ты мне все это говоришь?
–
Я хочу, чтобы ты знала, что ты мне не безразлична. Я лишь говорю, что думаю и чувствую.
–
Нет, ты не понял. У нас осталась еще две ночи и один день – зачем вообще что-то говорить уже.
–
Хорошо, а что тогда делать?
О боже, мужчины, когда надо они абсолютно не понимают намеков!
–
Ну, даже не знаю… Действовать?
И, наконец, мы снова слились в поцелуе. Это было восхитительно. В этот момент я чувствовала, будто не одна, будто бы я все смогу, мне все под силу. Только представьте себе эту картину: ночь, Греция, пляж, два человека, познающих свои чувства, а море ласкает волнами их ноги. Где-то вдали играет музыка, она доносится из клубов, но наша музыка – дыхание друг друга и шум волн. Я не могла придумать ничего более романтичного.
Целовались мы долго, но все это время он не позволял себе распускать руки, хотя я была прижата к нему так близко, что отчетливо чувствовала его эрекцию. Странно, но стало даже обидно и жалко, что он не решался зайти дальше. Не могу сказать, что я была готова к такому, но я определенно хотела его.
