Когда она увидела, как Джейк ухмыльнулся, заметив ее замешательство, ей очень захотелось ударить его. Надменное животное! Какое удовольствие она получила бы, если б лицо Его Высочества Самовлюбленности превратилось в маску боли.
— Вам помочь? — обратился к ней Джейк.
— Да. Не будете ли вы так любезны прекратить это свое неумелое массирование? Может быть, мне следовало напомнить вам, что я не слабая молоденькая девица и не превращусь в пар и от более грубых прикосновений.
Джейк резко выпустил ее руку.
— «Да» на первый вопрос и «нет» на второй.
К ужасу Хелли, он наклонился к ней и стал критически осматривать. Затем, словно придя к неутешительному выводу, Джейк кивнул и имел наглость рассмеяться.
«Спесивый подонок! — У Хелли дернулась нога. — Теперь я точно знаю, куда я его лягну».
Изогнув бровь в притворном удивлении, мистер Парриш с сарказмом проговорил:
— Посмотрим: раз… два. Я насчитал две руки. Вы готовы приступить к своим обязанностям?
Его красивое лицо казалось воплощением заботливости.
— Конечно, я понимаю, что вы уже немолоды, и кровь у вас циркулирует не так, как прежде. Поэтому требуется больше времени…
— Я в порядке, — резко ответила Хелли. — «Какая наглость говорить об ее возрасте! Боже правый! Ей ведь всего двадцать шесть, и пока что не нужен теплый шерстяной плед и клюка». Возмущенно хмыкнув, она добавила: — Если вы перестанете тратить мое время на комплименты, я буду рада приступить к своим обязанностям.
На что Джейк только хмыкнул, явно не сомневаясь, что доктор последует за ним.
«Наверно, у него что-то с носом», — не без злорадства подумала Хелли. Да и Пенелопа, кажется, сопит, совсем как ее брат. Вероятно, это семейный дефект. Ну что ж, она займется его исправлением.
Хелли так погрузилась в размышления о предстоящем исправлении носа мистера Высочество и Могущество, что чуть не упала, наткнувшись на нечто твердое. Раздавшееся вслед за этим ругательство подсказало ей, что это «нечто» не что иное, как спина Джейка Парриша.
В поисках опоры девушка инстинктивно вцепилась в него, но почти тотчас же поняла свою ошибку — он тоже отчаянно старался сохранить равновесие, не желая скатиться вниз и pyxнуть в холл совсем неподобающей грудой.
К великому ее облегчению, мистер Парриш быстро совладал с ситуацией. Одной рукой он прижал Хелли к себе, а другой ухватился за дубовые перила, При этом девушка услышала, как что-то упало и скатилось вниз по лестнице.
Хелли и Джейк застыли на месте: она вцепилась в него, а он покровительственно обнял гостью за талию, и оба пытались перевести дыхание. Благодаря общему чувству облегчения неприличность неуместной близости была забыта. Но только на мгновение.
Почти сразу же Хелли явственно ощутила игру его мускулов — она была так плотно прижата к нему, что едва могла дышать.
Ошеломленная столь необычным положением, девушка попыталась оторвать свое лицо от его плеча, в которое она с перепугу уткнулась. При этом она старалась не замечать исходящий от него запах чистого мужского тела.
Затем Хелли посмотрела на своего спасителя. Произвело ли это прикосновение столь же электризующее действие и на него?
На лице Джейка было странное выражение, словно он озабочен. Но причиной тому была явно не Хелли. Проглотив разочарование, девушка проследовала за его растерянным взглядом и увидела то, что упало с лестницы.
Это была всего лишь палка из черного дерева с золотым набалдашником. Джейк тихо, но смачно выругался. Не обращая никакого внимания на вопросительный взгляд Хелли, он еще крепче ухватился за перила и смотрел на эту деревяшку так, будто она была спасательным кругом в штормящем океане.
Выражение полной беспомощности на лице этого мужественного человека озадачило Хелли. Он казался совершенно потерянным и с ужасом оценивал расстояние до упавшей трости. И тут до Хелли дошла оглушившая ее истина: Джейк Парриш — калека.
Но, Боже, ведь она врач! Почему же она не заметила столь очевидное увечье раньше?
«Потому что была слишком сильно занята его красивым лицом», — напомнила себе Хелли.
Не оглядываясь на девушку, Джейк сделал осторожный шаг вниз. Казалось, он боялся того, что может прочесть в ее глазах.
Однако левая нога его подвела — он зашатался, с усилием сохранил равновесие и с шумом втянул в себя воздух.
Хелли сразу же сообразила, что ему очень больно. Импульсивно она рванулась на помощь, но остановилась прежде, чем он успел это заметить. Можно только догадываться, сколь удручающим был подобный недостаток для такого гордого человека, как Джейк Парриш.
Предложить ему помощь — значило только посыпать соль на рану, и, чтобы не задевать его самолюбия, Хелли притворилась, что не слышит тяжелого прерывистого дыхания Джейка, когда тот от боли схватился за бедро. Ей даже удалось перевести взгляд на побелевшие от напряжения костяшки вцепившихся в перила пальцев. Но, увидев на его лице невольную гримасу боли, Хелли поняла, что не может подвергнуть его еще большему унижению.
Она громко вздохнула и проговорила;