Поэтому они ковыряли раствор, стоя бок о бок, их тела время от времени касались друг друга в процессе работы.
Постепенно раствор отскакивал от краев камня, пока наконец они не освободили его настолько, чтобы можно было сдвинуть.
— Раствор оказался не таким твердым, как я ожидал, — заметил Лайл. — Я думал, на это у нас уйдет несколько часов. — Он покачал камень. — Похоже, он не такой тяжелый, как кажется. Хочешь попробовать сдвинуть его вместе со мной или пошлешь за прислугой?
— Как ты можешь спрашивать? После того, сколько времени мы потратили на тот досадный клочок бумаги и на те упрямые стены? После всего этого я позволю слугам насладиться триумфальным моментом?
— Но мы не знаем, будет ли он триумфальным, — возразил Лайл.
— Мне все равно, даже если то, что мы обнаружили, окажется всего лишь парой башмаков кузена Фредерика. Мы ведь что-то нашли.
— Ладно, — согласился Лайл. — Положи руки вот сюда и поддерживай камень, а я буду двигать.
Оливия выполнила его указание, и медленно, дюйм за дюймом, камень стал выходить из стены.
Тем не менее это произошло немного быстрее, чем ожидала Оливия. Задняя кромка камня появилась так внезапно, что она оказалась не готова и упустила бы его, но Лайл быстро подхватил камень.
Спереди камень ничем не отличался от других камней, но он был выдолблен на несколько дюймов в глубину.
Лайл взял свечу. Оливия встала на цыпочки, пристально вглядываясь в дыру, в которую был замурован камень.
Там лежал окованный железом сундучок.
По крайней мере показалось, что это кованый сундучок. Оливия стояла, открыв от изумления рот. Она на самом деле не ожидала найти сундучок с сокровищами.
Она не знала, что они найдут, но кованый сундучок ожидала найти меньше всего.
— Черт возьми, — пробормотала она. — Ну и ну!
— Похоже на сундучок, — сказал Лайл.
— Это земля? Это он такой грязный? Или сгнил?
— Похоже, что сначала его хранили где-то в другом месте, — пояснил Лайл. — Может, закопали в землю, а потом передумали. — Лайл протянул руки и взялся за сундучок с обеих сторон, потянул, но он не сдвинулся с места. Лайл потянул сильнее и сдвинул его на долю дюйма.
Лайл был сильным, Оливия знала. Он мог легко поднять ее. Оливия была ростом выше многих женщин, да и худощавой ее нельзя было назвать. Но он легко поднимал ее и ставил на место, как будто она была заварочным чайником.
— Сундучок оказался тяжелее, чем я думал, — сказал Лайл. — Для этого мне нужен Николс.
Лайл вышел.
Оливия осталась. Она смотрела на сундучок и не верила своим глазам. Она все еще пыталась убедить свой разум поверить тому, что видели ее глаза, когда появились Лайл с Николсом и принесли набор инструментов.
Оливия стояла в сторонке, пока они счищали грязь с сундучка.
Вот то, чем они занимаются в Египте, подумала она.
В процессе чистки появилась ручка. Николс потянул за нее, а Лайл помогал направлять движение. Они вынули сундучок из отверстия в стене и с видимым усилием опустили его на пол.
— Поразительно тяжелый, — сказал Лайл. — Надо перенести его в соседнюю комнату, чтобы хорошенько видеть, что мы делаем.
После того как Николс отчистил вторую ручку, они с Лайлом вынесли сундучок в караульное помещение.
Николс продолжил отчищать сундучок от грязи. Через пару минут он остановился, а потом продолжил свою работу, но уже медленнее и осторожнее.
Просто стоять и спокойно наблюдать за этим процессом было трудно. Оливия сгорала от нетерпения.
— Полагаю, именно так ты обращаешься с древними артефактами, — сказала она. — Неудивительно, что этот процесс, как ты сказал, требует терпения. И это всего лишь сундучок. Даже мое воображение не в состоянии понять, сколько терпения требуется, чтобы раскопать гробницу или храм.
— Песок — совершенно другое дело, — сказал Лайл. — К тому же у нас есть команда мужчин. Но даже так… Какие-то затруднения, Николс?
— Нет, ваше сиятельство. Но мне кажется, лучше соблюдать осторожность.
— Надеюсь, он не взорвется, а? — спросила Оливия. — Кузен Фредерик обладал странным чувством юмора.
— Такой опасности нет, мисс, — успокоил ее Николс. — Просто определенные признаки указывают на то, что это работа немецких мастеров шестнадцатого или семнадцатого века.
Оливия еще не свыклась с мыслью, что они нашли сундучок. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы понять смысл сказанного.
— Германия, — произнесла она. — Шестнадцатый или семнадцатый век.
— Что? Почему у тебя такой вид? — спросил Лайл.
— Какой?
— Как будто он действительно взорвался.
— Это знаменитые сундучки, — сказала Оливия и приблизилась к Николсу.
— Сложные, — добавил Николс.
— Дьявольски сложные, — согласилась она. — Двоюродный дедушка Хьюберт Делюси, который мог открыть что угодно, говорил, что на один такой сундучок потратил несколько дней. А у него были ключи.
— Конечно, мисс, — подтвердил Николс. — Не хотелось бы повредить по неосторожности механизм.
У Оливии чесались руки взяться за сундучок. Она заставляла себя держаться от него на расстоянии. Пока Николс осторожно и терпеливо отчищал толстый слой грязи, Оливия ходила вокруг сундучка, изучая его.