— Порой кажется, что она только вчера была рядом, — говорит он. — Она всегда могла рассмешить меня, даже когда все вокруг было отстойно. — Он рассеянно достает что-то из кармана и вертит в руках, и я понимаю, что это значок за шесть месяцев трезвости.
— Полгода, молодец. — Киваю на значок.
Его пальцы замирают.
— Ты в программе?
— Чуть больше десяти месяцев.
— Рад за тебя, — говорит он. — Собрания очень помогают, но иногда все еще тяжело.
— Да, непросто. Но сам знаешь, шаг...
— Шаг за шагом. — Он заканчивает девиз и с печальной улыбкой поднимает на меня взгляд. — Это все, что у нас есть, да?
— Похоже на то. — Я улыбаюсь в ответ, пользуясь моментом, чтобы посмотреть ему в глаза. Это он был той ночью? Как же сложно вспомнить голос убийцы и точную форму его глаз под той маской. Три коротких слова, подчеркнутые выстрелами, и я... не уверена.
Но в одном я уверена точно: наркоманы мастерски умеют врать.
Мэтт, словно черпая силы, проводит пальцами по граням значка.
— Ты при ком-нибудь упоминал, что Мина пишет о Джеки? — спрашивает Трев.
— Наверное, я маме сказал, — отвечает Мэтт. — Она подумала, что это хорошее дело, что газета готовит материал о Джеки. Мама любила Джеки. — Его зеленые глаза увлажняются, и он, с трудом дыша, крепче сжимает значок. — Невыносимо думать о ней. И не иметь ни малейшего понятия, что произошло.
— Как ты думаешь, она могла сбежать? — спрашиваю я.
Мэтт трясет головой, в глазах стоят слезы.
— Нет, Джеки очень любила свою семью — она никогда бы их не бросила, особенно Эми. Джеки радовалась, что пойдет в колледж. Мы даже планировали снимать квартирку под Стэнфордом, я хотел пойти в местный колледж. Она не сбежала бы — это бессмысленно. Ее отобрали у нас. — Он глубоко вдыхает, сжав значок в кулаке. — А мне остается только молиться, что она еще где-то здесь, что сможет сбежать от похитителя и вернется к нам, домой.
— Ты думаешь, что она до сих пор жива? — Как только слова срываются с языка, я понимаю, что было ошибкой это говорить. У него такой вид, что он сейчас разревется; и ничего хорошего в том, чтобы его к этому подталкивать.
— Я надеюсь. Всем сердцем.
Воцаряется не самая приятная тишина, и я понятия не имею, что сказать. Он мог нас обманывать, чтобы отвести от себя подозрение. А мог и говорить правду — и всерьез полагать, что спустя эти годы она до сих пор жива, потому что не может и вообразить другой исход.
— Мы, наверное, пойдем, — говорю я. — Не хочу больше отнимать твое время.
— Ты в порядке, Мэтт? — спрашивает Трев. — Я могу остаться.
— Нет, нет, все нормально. — Он отмахивается от нас. — Просто... плохие воспоминания.
— Спасибо, что поговорил с нами.
Мэтт кивает и провожает нас на выход.
— Увидимся. — Он улыбается, но улыбка не касается его глаз. За нами хлопает дверь, и я слышу щелчок замка, когда мы выходим на лестницу.
— Ну, что считаешь? — интересуется Трев, дойдя до машины.
— По росту он может быть убийцей, — залезая внутрь, говорю я. Застегиваю ремень безопасности и поворачиваю ключ. — И я знаю, что у него есть оружие. Адам постоянно ходит с ним охотиться.
— Здесь почти у каждого есть оружие, — отмечает Трев, когда я выворачиваю на дорогу. — У меня тоже есть.
— У тебя старый отцовский пистолет. Ты хоть раз из него стрелял?
— Конечно. Было бы глупо иметь оружие и не уметь им пользоваться. И Мину я научил.
— Это когда? — Не помню, чтобы Мина об этом упоминала.
— Когда ты была в Портленде. Она попросила меня. — Трев хмурится. — Незадолго до Рождества.
— Когда начала получать угрозы.
— Тогда почему не взяла с собой той ночью? — Я вздрагиваю от ярости в голосе Трева. — Она знала, где он лежит, умела стрелять. Она могла бы защититься.
— Раз не взяла оружие, значит, не подозревала того, с кем планировала встретиться, — говорю я.
Мы тормозим у светофора в конце улицы, и краем глаза я вижу, как дергаются желваки у Трева. Его гложет, что Мина знала, в какой опасности находилась, раз училась стрелять, но все равно продолжала хранить свои тайны в себе.
— Мэтт не слишком хорошо думает о детективе Джеймсе, — говорю я. Меня злит, что Трев снова винит себя. Нужно его отвлечь.
— Как и ты, — замечает он.
Закатываю глаза.
— Потому что как только у него в голове появляется какая-то идея, он не отходит от нее ни на шаг. Какого прогресса он достиг за все эти месяцы, преследуя несуществующего наркодилера? Если бы он сразу нормально выполнил свою работу, Мине не пришлось бы искать человека, убившего Джеки. Он дважды просрал одного и того же убийцу. Это и его вина тоже.
— Слушай, я от него тоже не в восторге, но в конечном итоге нам придется отдать все сведения ему. Так что успокаивайся давай.
— Он болван.
— Ладно, предположим, что это Мэтт, — говорит Трев. — Какой у него мотив избавляться от Джеки?
Я включаю поворотник перед знаком «Стоп» и осматриваю дорогу.
— Они ссорились?
— Бывало. Мне кажется, она злилась, что он часто курил косяки. Она шла на стипендию, чтобы ее родителям не пришлось платить за учебу. Частенько подрабатывала, ходила на тренировки, и оценки были довольно высокие. Она хотела, чтобы и он не отставал.
Я вскидываю бровь.