Мало того, что Самарский не прислушался к нему, он поставил под угрозу и себя, и девчонку. А если с ними что-то случится?
– Куда он ее повез? – Дима догнал охранника, схватил за локоть, желая получить ответ на поставленный вопрос.
– Позвоните и узнайте, раз так интересно.
Зло выдернув руку, Артем сел в машину.
Звонить Дима не стал, скоро они получили ответ на собственный вопрос. Машина Самарского стояла на обочине, когда они нагнали босса. Сам Самарский стоял со стороны пассажирского сиденья, вглядываясь в темноту. Их он не заметил, или просто сделал вид. Но останавливаться ни Дима, ни Артем не рискнули.
Практически в тот же миг как машины разминулись, Диме позвонила сестра:
– Почему Ярослав не берет трубку? Вы вместе?
– Он немного занят, – Дима следил в зеркале заднего вида за тем, как черная машина скрывается в полумраке разделяющего их расстояния.
– Ко мне пришло письмо на его имя.
– Какое?
– Не знаю, я не имею привычки открывать чужие письма.
– Это не чужое, это Ярослава.
– Нет, Дима. Просто передай, чтоб он позвонил… Когда освободится, – Снежа быстро сбросила, не желая продолжать разговор.
Дома их ждала пребывающая в отличном настроение Глафира. Правда настроение имеет привычку портиться, когда человек не получает ответов на все интересующие ее вопросы…
– А где Слава?
Артем прошел мимо, не отреагировав никак, Дима же бросил в ответ что-то нечленораздельное.
– И Саша? – домой вернулись все, кроме этих двоих. Почему-то первая мысль, приходящая в голову в такие моменты – самая худшая из возможных. А значит, и ответ особенно важен, – Дима!
– Давай не сейчас, Глашенька. Дай мне полчаса.
Не обращая внимание на ее протесты, Дима взбежал вверх по лестнице.
– Артем! – растерянная Глаша попыталась поймать хотя бы Артема, но и он лишь отмахнулся, хлопая дверью в свою комнату.
Трясущимися руками, Глафира достала из кармана телефон, набрала нужный номер. Она молилась всем богам, чтобы трубку взяли. Молитвы были услышаны далеко не с первого раза.
Яр заглушил мотор, вышел из машины, уставшую Сашу он решил не будить. Выныривая на секунду из сна, она обвила шею мужчины руками, устраивая голову на плече.
Самарский толкнул боковую дверь в кухню ногой, уверенный, что до их возвращения дом запирать никто не станет. Не прогадал. В кухне горел свет, за стойкой сидели Артем и Глаша.
– Слава? Я думала, вы никогда не вернетесь! – услышав звук закрывающейся двери, Глафира обернулась. – Саша? Что с ней, Слава? Саша! – женщина повысила голос.
– Тише, она спит, – Яр попытался преодолеть кухню, чтоб быстрее отправить Сашу в постель, но растерянная Глафира преградила ему дорогу.
– Что ты сделал с ней? Слава? Что с одеждой?
– На улице холодно, – он прижал Сашу сильнее, ограждая от изучающего взгляда Глаши. – Это допрос?
– Где вас черти носили? Вы уезжали все вместе, и только вдвоем с Сашей не вернулись! Что мне думать?
– Глаша… Прошу, давай завтра? – обойдя няню, Яр вышел в холл, поднялся по лестнице, открыл дверь комнаты.
Когда Самарский опустил спящую на постель, Саша заупрямилась:
– Не уходи.
– Я скоро приду, спи, – он собирался вернуться вниз, ему нужно было поговорить с Артемом, позвонить Кущину, решить, что делать дальше. Но не успел, вслед за ними в комнату влетела уже откровенно злая Глаша.
– Что ты творишь, Слава!? – преднамеренно или случайно, но у женщины получилось слишком громко.
– Она спит, Глаша, – Яр подошел, попытался, прихватив Глашу за локоть, вывести из комнаты, но она увернулась.
– Опять ее чем-то накачали?
– О боже, – Самарский закрыл на секунду глаза. – Она устала, Саша просто спит. Хочешь доказательств – разбуди, спроси, не думаю, что она будет сильно рада.
– Не умничай! Что с Сашиной одеждой? – голос женщина все же поубавила.
– Она промокла, ты хочешь, чтобы она заболела?
– Ты ее ударил? – в комнате повисло молчание. – Твои мальчики треплются, как бабки у подъезда.
– Глаша… – он собрал последние силы, самообладание, чтобы не вывести ее из комнаты силой, оставив Сашу в покое. – Мы сами разберемся.
– Разберетесь… Разберешься ты. Дурак. Ты хоть представляешь, какое сокровище оказалось у тебя в руках? Как??? Скажи мне, ну как у тебя не хватает ума ее беречь?
– Глаша…
– Что Глаша? Я ведь предупреждала тебя, Ярослав. Предупреждала, что не дам ее безнаказанно обижать. Не дам. Ты больше к ней не подойдешь. И сейчас выметайся! Занимайся своими делами, а к ней не приближайся, ясно?
– Нет! – оба собеседника резко обернулись к кровати. Она таки проснулась, и разговор слышала, и за защиту была благодарна, но… – Спасибо Глафира, я правда благодарна за заботу. Но…
– Но? Саша, «но»? Я не понимаю Ярослава, но я и тебя не понимаю!!! Чего ты хочешь? Сама-то ты хоть понимаешь? – она снова крикнула, рискуя привлечь ненужное внимание извне.
– Не дави на нее, – Яр вступился за снова потерявшую дар речи Сашу.
– А что, давить можешь только ты? Вы сумасшедшие. Оба. Знаете что, помогайте себе сами! Я умываю руки! – бросив еще один злой взгляд на Самарского, а потом печальный на кровать, Глаша вышла, хлопнув дверью.
