– А вот я теперь это знаю, Генке.
– Но если гауптштурмфюрер нуждается в женщине…
– Это совсем не любовная интрижка, как у вас, Генке. Нет. Они не имеют близких отношений. Они не занимаются любовью.
– Но неужели в квартире гауптштурмфюрера установлена прослушка?
– Именно так, Генке.
– Но если гауптштурмфюрер узнает, что его поставили на «прослушку», то будет скандал.
– Я должен его бояться? – гордо спросил Клейнер.
– Герр Вильке может пожаловаться в Берлин криминальдиректору Вальтеру Кубицки! И для того чтобы «слушать» его квартиру нужны веские основания.
– Они есть, Генке.
Клейнер достал из папки лист бумаги и показал Генке.
–Это показания ефрейтора Шнитке! Он состоит водителем при военном коменданте Харькова полковнике Лайденбахе. В прошлом Шнитке имел гражданскую профессию фотографа. И Шнитке сознался, что делал для Вильке фотокопии документов из квартиры барона фон Рунсдорфа. Но никаких полномочий из Берлина по этому поводу у Вильке нет! И это основание для специальных мер против гауптштурмфюрера СС Вильке! И теперь нет никакого сомнения, что ваш непосредственный начальник враг.
– Враг?
– Именно. Он мало занимается работой, которой должен заниматься как мой заместитель на своем посту в службе СД. Зато плетет свои сети вокруг полковника фон Рунсдорфа. И ему нужно то, что ищет здесь фон Рунсдорф. Вопрос зачем?
– И зачем же?
– А вы сами не догадались, Генке?
– Нет.
– Ему нужны документы чтобы продать их врагу. Он ведь не верит в победу рейха! Его последняя беседа с фройлен Эльзой Шекер, которую он называет почему-то «фрау Марта», прямое тому доказательство. Он там высказался, что армия фюрера не возьмет Сталинград! Он сказал, что части Паулюса «выдохлись» и русские скоро возьмут реванш! Это измена, Генке! Измена фюреру и рейху!
Генке испугался. Вильке и в его присутствии допускал подобные высказывания. И если про это узнают, то и ему достанется. Особенно сейчас за такие разговоры могли лишить всего. А подполковник Клейнер сумет подать информацию так, что Вильке слетит не только с должности.
– Ваш долг немецкого офицера, тем более офицера СС, способствовать разоблачению предателя! – сказал Клейнер. – Вы готовы исполнить свой долг перед фюрером, обер-лейтенант?
– Готов, герр подполковник.
– Тогда слушайте меня внимательно, Генке! В своем последнем разговоре они говорили об архиве. Том самом архиве, с которым сейчас работает полковник фон Рунсдорф.
– Это важные документы, герр Клейнер.
– Насколько они важны? Я этого так и не понял.
– Может оказаться, что эти документы смогут способствовать разработкам «вундерфаффе», – признался Клаус Генке.
– Вундерваффе?
– Да!
– Но тогда это настоящий заговор! И Вильке желает завладеть архивом?
– Я этого точно не знаю.
– И так все понятно! Полковник барон фон Рунсдорф работает по заданию рейхсфюрера СС. А капитан Вильке намерен сорвать выполнение им задания. Он желает ослабить рейх! Вы хоть понимаете, что мы с вами распутали, Генке? После этого дела я полечу в Берлин! Я лично сделаю доклад рейхсфюреру! И я не забуду о вашем участии Генке!
– Что я должен сделать?
– Выведите его на чистую воду, Генке.
– Как?
– Заставьте его поверить, что вы на его стороне. И можете даже рассказать ему о моем интересе.
– О вашем интересе, герр подполковник?
– Да, Генке. Скажите ему, что я все знаю! Пусть сделает ошибку!
– И что в итоге?
– Мне нужно знать о его конечной цели, Генке. Мне нужны доказательства его измены!
***
Харьков.
Ул. Сумская, дом № 100.
Управление службы СД генерального округа «Харьков».
Гауптштурмфюрер (капитан) Вильке.
26 октября, 1942 год.
Капитан Вильке выслушал доклад обер-лейтенанта. Он выполнил все его поручения по текущим делам. Но Генке вел себя не так как обычно. Вильке это сразу заметил.
– Что у вас еще, Генке?
– Ничего! Я жду ваших приказаний! – ответил Генке, но сделал знак рукой.
«Меня прослушивают» – догадался Вильке.
Он жестом указал на окно.
Клаус понял, чего желает капитан Вильке.
Через полчаса они были в офицерском кафе, куда часто ходили офицеры гестапо и штаба.
– По вашему виду у вас есть нечто важное, Клаус?
– Да.
– И что же это? Кроме того что мой кабинет стали «слушать». Кабинет заместителя начальника службы СД.
– Они слушают и вашу квартиру, герр Вильке.
– Что? Мою квартиру?
– Да.
– Но это можно сделать только по личному приказу Клейнера!
– Так и есть, герр Вильке.
– И Клейнер использует вас, Клаус?
– Ведь вы не доверяете мне, герр Вильке.
– С чего вы взяли, Клаус? С чего вы взяли, что я вам не доверю?
– Я понял это, еще когда вы через мою голову отправили секретную фотопленку на проверку. Вы могли доверить проявку мне. Но не сделали этого.
– Вы хотите сказать, что знаете о содержании фотопленки?– удивился Вильке осведомленности оберштурмфюрера.
– Признаюсь вам, что знаю.
– Откуда?
– Я знаю того человека который сделал это для вас.
– Вы знаете фотографа Густава Шнитке? – Вильке не мог поверить в то, что слышал.
