Когда Линда подошла к игровому залу, то заметила у входа Чарли. Он разглядывал кареты «скорой помощи» и полицейские машины, припаркованные чуть дальше по улице, возле клуба «Спортс».
– Жаль, ты не пришла пораньше, – возбужденно заговорил Чарли, глядя на суматоху у клуба.
– Сегодня я пришла чертовски рано!
– Нет-нет, я не про смену. Просто ты все пропустила. Ну, все эти сирены, мигалки…
– Плевать мне на проблемы других людей, Чарли, – ответила Линда и направилась к своей будке.
– А на Тони Фишера тебе плевать? – (Линда обернулась и уставилась на встревоженное лицо Чарли.) – Он тут заходил, спрашивал о тебе.
– Когда это было? – как можно беззаботнее уточнила Линда.
– Вчера, сразу после того, как ты ушла.
Все тем же небрежным тоном молодая женщина спросила:
– Что он сказал?
– Тебя спрашивал.
– И ты ответил…
– А что я мог ему ответить? Сказал, что тебя нету, потому что тебя и не было. – (Линда молчала, соображая, что делать.) – Но я бы сказал, что тебя нету, даже если бы ты была на месте. Тони, блин, Фишер! Линда, что происходит?
– Он запал на меня, Чарли, разве непонятно? – И она ушла прежде, чем Чарли успел задать новый вопрос.
Линда сидела за кассой, делая вид, будто пересчитывает деньги, но на самом деле она просто раскладывала монеты в столбики, не в силах сосредоточиться. Когда у окошка будки появился Чарли и предупредил, что отойдет ненадолго – посмотрит поближе, что там в клубе случилось, – Линда от страха рассыпала все монетки на пол.
Прошло минут десять, Чарли не возвращался. Линда стала подозревать, что он сбежал выпить пива. Но вдруг увидела, как Чарли трусит к ее будке. Никогда раньше он при ней не бегал, с его-то ногой, а тут вдруг мчится, что твой олимпиец, аж раскраснелся.
– Боксер… Это Боксер Дэвис! – Тяжело дыша, Чарли прижался лицом к стеклу будки. – Кто-то переехал бедолагу, я в жизни такого не видывал – везде кровища… Его нашли в проулке за клубом «Спортс», валялся за мусорными бачками. Я слышал, как один из врачей говорил копу, что Боксер пролежал там всю ночь и весь день. – Чарли никак не мог отдышаться, и от его дыхания стеклянная стенка запотела.
Линда молча смотрела на своего коллегу. Когда новость дошла до ее сознания, молодая женщина вся похолодела и кровь отлила от ее лица.
– Боксер? Ты уверен? – спросила Линда, но тут же поняла, что вопрос излишний: сплетником Чарли был непревзойденным.
– Разумеется. – Чарли поднял на Линду удивленный взгляд. – Вчера я сам видел его тут, в забегаловке через дорогу, он ел рыбу с картошкой. Мне еще показалось, что дела у него пошли на лад – такой классный костюм был на нем, и… – И вдруг он смолк, встревоженный какой-то мыслью.
– Что? – прошептала Линда, хотя не хотела больше ничего знать. – И что, Чарли?
– Он спрашивал о тебе.
– Что… что спрашивал?
– Ничего особенного. Просто он увидел тебя и спросил, не была ли ты замужем за Джо Пирелли.
Не говоря ни слова, Линда вышла из будки и направилась к выходу. Там она встала среди других зевак и посмотрела на карету «скорой помощи», припаркованную на тротуаре. Люди вокруг выдвигали догадки: наверное, парень перешел дорогу сутенеру или дилеру? Переспал с женой не того чувака? Или просто оказался не в том месте не в то время? Если бы они только знали…
Рядом с Линдой возник Чарли.
– Почему Боксер Дэвис и Тони Фишер интересовались тобой в один и тот же день? – спросил он. – Ты ведь не связана с этими людьми, а?
– С этими людьми? Не притворяйся, будто знаешь, кто они, «эти люди», – отчеканила Линда, чувствуя необходимость вылить свою злость хоть на кого-то. – Я возвращаюсь к работе. А ты стой здесь, сколько тебе заблагорассудится, и тащись от чужой беды. Потому что, пока Боксер лежит там мертвый, ты не самый жалкий неудачник на улице. Так, Чарли?
– Он не мертвый… – пробормотал Чарли вслед разгневанной Линде.
– Что? – обернувшись, спросила Линда.
– Он не мертвый. Похож на отбивную, да, но живой.
Линда вернулась в свою будку. От страха ее подташнивало. Когда в игровой зал вдруг является Тони Фишер – это одно, но когда в тот же вечер о ней расспрашивает Боксер – это совсем другое. А теперь он едва живой валяется среди крысиного помета и мусора. Линду охватил ужас. И ей совершенно не с кем поговорить, здесь ее никто не поймет. Сейчас ей хотелось одного – оказаться рядом с Долли, Беллой и Ширли и предупредить их о… о чем? Линда понятия не имела, что все это означает, но за всю свою жизнь она впервые не чувствовала под ногами твердой опоры.
Примерно час она размышляла. И мысли ее неизменно возвращались к Белле. Та непременно разобралась бы в происходящем и поняла бы, что делать. Наконец Линда приняла решение.
– Прикрой меня, Чарли, ладно? – крикнула она, перебросила через голову куртку и на лету ловко просунула руки в рукава.
– Нет! Тебе нельзя уходить! Твоя смена только началась! – запричитал Чарли вслед убегающей Линде.
