— Нам нужна официантка, которая в тот вечер обслуживала Калверта. Ну та, что первой обнаружила труп.
— Ее зовут Бэйби.
Я посмотрел на свои часы:
— Пусть эта Бэйби закажет китайский обед, какой заказывал ей Калверт, и ждет меня. Я иду за фотоаппаратом. В зал второго этажа не пускайте никого до тех пор, пока я не сделаю нужных нам фотографий.
Что вы собираетесь делать с этими фотографиями?
— Мы используем их как приманку, — объяснил я. — Пишите чек на тысячу долларов. На эти деньги я куплю японский фотоаппарат и оплачу расходы по изготовлению снимков. Вернусь через двадцать минут. К тому времени у вас здесь все должно быть готово.
В специальном магазине я купил первоклассный аппарат и хорошую цветную пленку. Через двадцать минут я вернулся в «Баффинс Грилл».
— Все в порядке? — спросил я Баффина.
— Все в порядке.
— Тогда пошли в зал.
Там нас уже ждала Бэйби. Теперь я мог хорошенько рассмотреть ее. Красивая, самоуверенная блондинка с хорошей фигурой и глазами «пойди сюда». Баффин представил нас друг другу.
— Что я должна делать? — спросила она, прямо глядя на меня.
— Я хотел бы, чтобы вы инсценировали падение возле кабины номер тринадцать. И чтобы еда обязательно рассыпалась на полу.
— Как в прошлый раз? — спросила она тихо и отвела глаза.
— Как в прошлый раз.
— Но тогда пол был ужасно испачкан этой едой. Я…
— Уборщики все приведут в порядок, — перебил ее Баффин. — Делайте то, что говорит мистер Лэм.
— Да, мистер Баффин, — покорно сказала она.
— И никому не рассказывайте о том, что здесь произойдет, — добавил я со значением.
Она утвердительно кивнула.
Как и в тот вечер, когда мы обедали в этом зале, был включен полный свет. Я навел на Бэйби фотоаппарат и сказал:
— Сначала я должен сфокусировать камеру.
При этом я незаметно трижды сфотографировал официантку. Потом я объявил, что для фотографирования все готово. Снял ее идущей с подносом. Падающей на пол. Лежащей на полу среди разбитой посуды с едой. Ее юбка задралась слишком высоко.
— Опустите ее пониже, пожалуйста, — попросил я. — Мы ведь делаем фото не для какого-нибудь журнала.
Она послушно выполнила приказание.
Когда все было закончено, я сказал Баффину:
— Можете звать уборщиков. Но никому об этой инсценировке ничего не говорите. Вы можете держать Бэйби под контролем?
— Ну конечно!
Так проконтролируйте, чтобы она молчала как рыба. Я бы хотел, чтобы она вообще сразу забыла обо всем, что здесь произошло.
Уехав из ресторана, я сразу направился в фотолабораторию, где мне проявили пленку и отпечатали снимки. На это ушло два часа. Но зато теперь я получил прекрасные цветные фотографии. Одну из них я спрятал в свой бумажник. На ней была запечатлена официантка — Бэйби, несущая поднос с китайским обедом.
Потом я заехал на почту, вложил остальные фотографии в конверт и написал на нем адрес своего агентства.
Сверху на конверте крупными буквами обозначил: «Дональду Лэму. Личное. Секретное». И опустил письмо в почтовый ящик.
Был уже вечер, когда я позвонил Элси Бранд домой.
— Есть что-нибудь новенькое? — спросил я ее.
— Ничего нового.
— Совсем ничего?
— Ничего. Все тихо.
— Это хорошо.
— Нет, это не хорошо, — сказала она. — Это затишье перед бурей. Все мы чувствуем, как сгущаются тучи. Даже Берта теперь ходит на цыпочках.
— И при этом абсолютно никто мной не интересуется?
— Ни одна живая душа… О, постой, кто-то прислал тебе телеграмму из Мексики.
— Кто?
— Телеграмма не подписана.
— А что говорится в этой телеграмме?
— Просто кто-то шлет тебе пожелания успеха. Подпись: Мотель «Каса-де-Манана» в городе Энсенада.
— Очень приятно, — засмеялся я. — Это, наверное, новый способ рекламы: мотель таким способом надеется заманить к себе клиентов. Забудем об этой телеграмме.
Еще до наступления рассвета я выехал из Лос-Анджелеса и ранним утром приехал в Энсенаду.
Администратор мотеля «Каса-де-Манана» подтвердил, что Лоис Мелон проживает у них в гостинице, и назвал номер ее комнаты. Я поднялся наверх и постучал в дверь. Никто мне не ответил. Я постучал снова.
Только после этого из-за двери меня спросили:
— Кто там?
— Дональд, — ответил я, сразу узнав ее голос.
После короткого колебания она спросила:
— Дональд? А фамилия?
— Лэм.
— Подождите минуту, — попросила она.
Я услышал, как по полу от двери куда-то внутрь комнаты зашлепали босые ноги. Очень скоро она вернулась к двери и отперла ее. Лоис, щурясь со сна, стояла на пороге в халатике и с распущенными волосами.
Она сказала:
— Ну, вы умеете устроить, чтобы девушка предстала перед вами в самом лучшем виде…
— По мне вы выглядите просто замечательно, — сказал я.
— Что стряслось? Какой дьявол принес вас сюда в такую рань?
Вместо ответа я начал поворачивать голову направо и налево, осматривая длинный гостиничный коридор.
Тогда она догадалась пригласить меня в номер:
— Давайте! Заходите!
Это была типичная спальня первоклассного мотеля.
В комнате было чисто, как будто ее только что убрали. Одежда висела в шкафу. Только кровать была не прибрана и на спинке стула расположилось что-то нейлоново-кружевное. Лоис начала судорожно хватать со стула свое белье. Потом вдруг остановилась и засмеялась:
