– Это мой. – Джеймс хлюпнул носом, отодвинулся от Кристофера, достал телефон из заднего кармана. Лицо у него было красным и мокрым. – Привет, папа, – ясно и чисто сказал он, будто его не колотило минуту назад. – Гонка?.. Плохо. Майкл попал в больницу.
Он вышел в коридор, голоса за закрытой дверью было не слышно. Майкл поднял глаза на отца.
– Прости…
Кристофер хмуро вздохнул, присел на койку.
– За что извиняешься-то? – невесело спросил он.
Майкл стрельнул глазами на дверь.
– Я с Джаймсом… – сипло сказал он. Кристофер смотрел на него и молчал. – Встречаюсь.
– А то я не знаю, – тихо ответил тот. – Всё понятно было сразу, как он к тебе зачастил.
У Майкла застучало в ушах, он покраснел:
– Откуда?.. Я сам не знал…
– За дурака-то меня не держи. На тебе написано было, что влюбился по уши.
Майкл не выдержал, отвернулся, закусив губу.
– Я думал раньше сказать, – прошептал он.
– Чего боялся-то? – вздохнул Кристофер.
Майкл пожал плечами, скривился от резкой боли.
– Я думал… не поймёшь.
– Понять – не пойму, – тихо сказал тот. – Но другого сына у меня нет.
Майкл резко вдохнул, закашлялся. Кристофер похлопал его по руке, Майкл поймал пальцы, задержал.
– Он хороший, – тихо сказал он.
– Хороший, – согласился Кристофер. – Славный мальчишка.
Майкл дышал ртом. От облегчения, от стыда и от чувства вины его мутило. А может, это был побочный эффект лекарств. Кристофер молчал, гладил по руке большим пальцем.
– Я не думал, что всё так будет, – хрипло сказал Майкл. – Я не знаю… что делать.
– Не торопись, – спокойно сказал Кристофер. – Мне ты любой хорош.
Майкл посмотрел ему в глаза, тот невесело улыбнулся.
– Томми своему, значит, давно разболтал. А отцу родному?..
– Я не разбалтывал!.. – шёпотом возмутился Майкл. – Ему Джаймс сказал.
– И чего он?
– Привыкнет, говорит.
– А Бранвен?
Майкл помрачнел.
– Ещё не знает. Он не поймёт.
– Может, и не поймёт, – вздохнул Кристофер.
Джеймс вернулся в палату – настороженный, раскрасневшийся. Замер у дверей.
– Всё в порядке?.. – Кристофер обернулся через плечо.
– Д-да… А у вас?..
– И у нас, – сказал Майкл, потянулся протереть глаза.
– Пойдём, малец, – мягко предложил Кристофер и встал. – Кофе выпьешь, салатик заточишь. Потом вернёшься. Этот дурень никуда отсюда не денется.
– Я хотел сказать, – Джеймс машинально прижал телефон к груди. – Спасибо, что взяли меня с собой. Без вас меня бы не пустили. Я не брат, не родственник… Чужой человек.
– Какой же ты чужой, – спокойно сказал Кристофер. – Глупости.
Эмма приехала ближе к вечеру, когда Майкл уже осоловел от суеты вокруг и постоянно соскальзывал в короткие, мутные сны. Она не первый раз навещала его в больнице и держалась с какой-то спокойной безнадёжностью, даже пыталась шутить. Майкл видел, что она встревожена, и ему, конечно, было жаль, что он заставил её поволноваться, но причин для серьёзных переживаний он не видел. Кости срастутся, синяки сойдут, надо просто подождать.
Когда в палату вернулся Джеймс, Эмму словно подменили. Она молча проследила, как тот аккуратно прикрыл за собой дверь, тихо подошёл к креслу возле окна и сел.
– А девочка твоя?.. – вдруг вспомнила она и повернулась к Майклу. – Приедет?.. Ты ей позвонил?.. Давай я позвоню.
– Не надо никому звонить, мам, – недовольно сказал Майкл. – Я устал. Я щас отрублюсь до утра – и чего сюда ехать?..
– Она даже не знает, что случилось?..
– Я позвонил Саре, миссис Винтерхальтер. Она приедет, как только сможет, – сказал Джеймс. Поставив локти на колени, он крутил в руках телефон и смотрел на свои белые кроссовки.
Эмма едва заметно вздрогнула, будто успела забыть про него, оглянулась.
– Спасибо… Какой ты молодец. Конечно, она приедет. Тебя подвезти?..
– Куда?.. – растерянно спросил Джеймс. Послюнив палец, он потёр тёмное пятно на носке: то ли грязь, то ли засохшая кровь.
– Домой, – пояснила Эмма. – Я тебя подвезу.
– Мам, оставь его в покое, – устало сказал Майкл. – Он сам разберётся, куда ему надо. Захочет – на такси поедет.
– Зачем же на такси? – удивилась она. – Я могу подвезти, мне совсем не сложно. Не надо такси.
– Мама, – Майкл вздохнул.
– А она уже едет?.. – Эмма опять повернулась к Джеймсу. – Что она сказала?..
– Она приедет, как только сможет, – повторил Джеймс, оттирая пятно бумажной салфеткой.
– Я её дождусь, – решила Эмма и строго посмотрела на сына. – Ты нас даже не познакомил. Хоть увижу, какая она.
– Обыкновенная она. Самая обыкновенная, – сказал Майкл. – Что ты суетишься. Это моё дело. Хватит.
– Почему она не приехала на соревнования? – вдруг спросила Эмма. – Вы поссорились?..
– Хватит, – повторил Майкл.
– Ну что «хватит», – грустно сказала она, перебирая в руках платок. – Я же волнуюсь за тебя.
– Мам. Всё в порядке.
– Я только хочу, чтобы ты…
– У меня всё хорошо, – перебил Майкл. – Айра сказал, ничего серьёзного, выпустит через пару дней. Видишь? Не волнуйся.
Она тяжело вздохнула, опустила плечи:
– Ну что ты споришь. Не переживай. Вы помиритесь.
– Да мы не ссорились, – устало повторил Майкл.
– Я же всё вижу, – грустно сказала она. – Я тебя знаю. Всё наладится.
Она наклонилась, чтобы поцеловать в лоб, и он едва сдержался, чтобы не отвернуться.
