Они спрятали сундук обратно в хранилище, покинули монастырь и поднялись на холм. Олдред вспомнил, что жители всех домов по обе стороны улицы платили монастырю. А вон, кстати, и дом Эдгара. Конечно, следовало бы пустить туда новых жильцов, но Олдред продолжал держать дом пустым — в память о строителе.
Напротив дома Эдгара раскинулась рыночная площадь. Хотя день не был торговым, там все равно толпились продавцы и покупатели, которых не отпугнули холода. Продавали свежие яйца, сладкие пирожки, лесные орехи и домашний эль.
Олдред провел Годлеова через площадь. Дальше начинался лес, опушку по большей части давно вырубили на дрова.
— Вот где будет стоять новая церковь. Мы с Эдгаром все прикинули много лет назад.
Годлеов обозрел скопление кустов и пней:
— Все это придется выкорчевать и расчистить.
— Разумеется.
— А где мы возьмем камень?
— В Оутенхэме. Полагаю, госпожа Рагна сделает благочестивое пожертвование, но предстоит подыскать опытного каменотеса.
— В общем, дел будет невпроворот.
— Верно. Чем раньше мы начнем, тем для нас лучше.
— А кто будет строить церковь? Это же не дом поставить, правда?
— Я думал об этом. — Сердце Олдреда забилось чаще. — Надо вернуть Эдгара.
— Но мы даже не знаем, где он.
— Его можно отыскать.
— Как?
Олдреду хотелось самому возглавить поиски, но это было невозможно. Да, монастырь процветал, но без настоятеля все придет в упадок. За те несколько недель или даже месяцев, на которые растянутся поиски в Нормандии, случиться может что угодно.
— Думаю, пошлем брата Уильяма. Он родился в Нормандии и жил там до двенадцати или тринадцати лет. А с ним пойдет юный Атульф, которому вечно не сидится на месте.
— Похоже, ты уже давно думал об этом.
— Так и есть. — Олдред не хотел признаваться в том, как часто он мечтал вернуть Эдгара домой, а потому перевел разговор: — Пойдем потолкуем с братьями.
По дороге к монастырю приор заметил на мосту мужчину в монашеской одежде. В облике этого человека было что-то знакомое. Когда монах приблизился, Олдред узнал Уигферта из Кентербери.
Он сердечно приветствовал гостя и повел того на кухню, чтобы угостить хлебом и горячим элем.
— Ты рановато за деньгами, до Рождества еще месяц.
— Меня отослали раньше времени, чтобы я не путался под ногами, — кисло объяснил Уигферт.
— Кому же ты так насолил?
— Епископу Ширингскому.
— Уинстену? А он что делает в Кентербери?
— Пытается стать архиепископом.
Олдред ошарашенно перекрестился:
— Говорили же об Альфаге из Винчестера!
— Хочется верить, что выберут Альфага. Но Уинстен ловко добивается расположения монахов, сумел обаять казначея Сигефрита. Многие братья теперь настроены против Альфага. А недовольные монахи, сам знаешь, способны доставить немало хлопот. Король Этельред может назначить Уинстена архиепископом только ради общего спокойствия.
— Господи, спаси и помилуй!
— Аминь, — заключил Уигферт.
Свежий снегопад дал Рагне возможность научить детей некоторым буквам. Она выдала каждому мальчику по палке и спросила:
— С какой буквы начинается имя Осберта?
— Я знаю, знаю! — тут же воскликнул Осберт.
— А можешь нарисовать?
— Конечно. — Осберт начертил на снегу большой неровный круг.
— Ребята, тоже нарисуйте букву, с которой начинается имя Осберта. Видите, она круглая, как ваши губы, когда вы окликаете его по имени.
Близнецам удалось справиться с кругами. Ален завозился, но ему было всего два года, а Рагна на самом деле стремилась разъяснить детям, что слова состоят из букв.
— А с какой буквы начинается имя Хьюберта?
— Я знаю! — снова запрыгал Осберт и нарисовал на снегу букву «Х». Близнецы более или менее сносно повторили за ним. Ален изобразил две палочки вразброс, но Рагна все равно его похвалила.
Краем глаза она заметила Уигельма и выругалась себе под нос.
— Что у вас тут такое? — ворчливо поинтересовался элдормен.
Пришлось спешно придумывать. Указывая на круги, она сказала:
— Англосаксы вот тут, на холмах. А вокруг, — она показала на черточки, — викинги. Что будет дальше, Уигельм?
Он посмотрел на нее с подозрением:
— Викинги нападут на англосаксов.
— А кто победит, мальчики? — не унималась Рагна.
— Англосаксы! — крикнули они хором.
«Эх, было бы это на самом деле», — подумала Рагна.
Ее выдал Ален. Малыш ткнул пальчиком в грубый круг, начертанный Осбертом.
— Это имя Осберта. — Он гордо улыбнулся, ожидая отцовской похвалы, но не дождался.
Уигельм пристально поглядел на Рагну и процедил:
— Я тебя предупреждал.
Рагна хлопнула в ладоши:
— Пошли завтракать.
Мальчики побежали в дом, а Уигельм ушел.
Рагна последовала за сыновьями. Как ей воспитывать Алена? Из-за того, что они жили рядом с Уигельмом, обманывать мужа было непросто. Он уже дважды намекал, что отнимет Алена и доверит сына кому-то другому. Сама мысль об этом приводила в ужас, однако Рагна не желала растить Алена невеждой, тем более что старшие братья охотно учатся.
Ближе к концу завтрака в дом вошел приор Олдред. Должно быть, он провел ночь в аббатстве Ширинга. С благодарностью приняв кружку подогретого эля, он сел на скамейку.
— Хочу построить новую церковь, — сообщил он. — В старой совсем тесно.
