— Ладно. Свешников от нас никуда не денется, — согласился Гуров. — Сейчас нам важнее найти Зимину. Или, по крайней мере, место, где она пропала. Так что, Стас, на тебе завтра Павелецкий вокзал и саратовский поезд. А заодно и проверь, не успела ли Зимина в Саратове или области недвижимость купить.
— А мне что делать? — прервал молчание Воробьев.
— А ты попробуешь найти этого Измайлова. Не уверен, что проверка его сим-карты что-то даст, но завтра с утра у компьютерщиков сам узнаешь. А потом попытайся этого приятеля Зимина найти. Проверь, где сим-карту покупал, какие такси на Дубнинскую улицу приезжали, когда он там был, где его телефон последний раз на связь выходил, ну и так далее. А я попробую выяснить, были ли в Москве схожие случаи пропажи людей после продажи квартиры…
Гуров ценил те моменты, когда Мария встречала его со службы. Обычно они случались не так уж и часто из-за образа жизни каждого. По вечерам у Строевой были либо спектакли, либо репетиции, а то она и вовсе неделями пропадала на гастролях или на съемках фильмов, на участие в которых Мария соглашалась нечасто. Домой она обычно возвращалась не раньше десяти-одиннадцати часов вечера, и чаще Гурову приходилось встречать ее, чем Марии мужа.
Впрочем, даже и такие вечера были редкостью. Служба сыщика нередко заставляла его заниматься делами допоздна, и домой он мог вернуться далеко за полночь. Мария иногда засыпала на диване, дожидаясь мужа, и он тогда аккуратно и нежно переносил ее на постель. Но на этот раз до отъезда на гастроли Строева была дома целых трое суток, да и у Гурова не было сверхсрочных дел, и вечерами они наслаждались обществом друг друга.
Сегодня ужин прошел так же, как обычно — без разговоров о службе во время еды. Супруги говорили о мелочах, обменивались мнениями о политике, но сразу же после того, как оба перебрались в гостиную, Мария дала волю своему любопытству. Гуров и так видел, что Строеву почему-то очень заинтересовала интуиция Воробьева, и она едва сдерживает нетерпение узнать об этом деле побольше, придерживаясь установленных самой же собой традиций. И как только они ушли с кухни, Мария выпалила:
— Лёва, ты помог этому лейтенанту или до сих пор считаешь, что он тратит время на ерунду?
— А тебя-то почему эта тема так интересует? Ты вроде бы незаинтересованная сторона. Или мне тебя начинать ревновать к Воробьеву? — с улыбкой ответил в своей манере сыщик.
— Ты от ответа не уклоняйся, Отелло, блин! Я этого твоего Воробьева даже в глаза не видела! Ревновать он будет, — фыркнула Мария.
— Ага! Значит, тебе его теперь увидеть захотелось?! — с наигранным возмущением завопил Гуров.
— Лёва, хватит дурачка валять! Я серьезно спрашиваю, ты взялся за поиски пропавшей дамочки или нет? — возмутилась Строева.
Сыщику пришлось сдаться и рассказать жене обо всем, что происходило сегодня. Мария слушала с интересом, как и всегда, когда она с головой погружалась в какую-то тему, будь то новая роль в театре или очередное заковыристое дело мужа. Иногда Строева задавала вопросы, чтобы не упустить какие-то важные детали рассказа мужа, но в основном слушала, не перебивая. Как всегда в таких случаях, свою реплику Мария оставляла на финал.
— Меня больше всего волнует такой вопрос. Что могло случиться с Зиминой, вызвавшее неожиданные перемены в ее характере? В моей практике еще не было ни одного случая, чтобы человек настолько кардинально менялся в течение одного-двух дней, — задумчиво проговорил Гуров, заканчивая свой рассказ. — Остальное более-менее объяснимо…
— А если это была не она, а другая женщина? — предположила Мария.
— Ты серьезно? — удивился Гуров. — Хочешь сказать, что мужчина, проживший с женщиной много лет, не отличит ее от другой, пусть и похожей? Или старушка, которая даже по шагам может определить, сколько человек поднимается по лестнице, спутает свою соседку с другой бабой? Или нотариус, который несколько раз проверяет документы, не заметит подмены?
— Ну, во-первых, насколько я помню, муженек в тот день, когда последний раз видел жену, был изрядно пьян, а пьяных легко обмануть, — вполне серьезно ответила Строева. — Во-вторых, ты сам сказал, что соседка заметила странности в поведении Екатерины. А в-третьих, нотариусу можно сунуть и поддельные документы. А та женщина, которая заменила Зимину, могла и появляться в ее квартире только один раз — когда заключалась сделка. Так что никто бы не смог заподозрить, что роль Зиминой играет другая женщина.
— Ну у тебя и фантазии, Маш! — воскликнул Гуров со смехом. — Жалко, я напиваться не люблю. Даже не помню, было ли хоть раз такое в жизни. А то бы устроили эксперимент. Я бы напился в зюзю, а вместо тебя бы другая женщина пришла. И ты бы поняла, что такая подмена попросту невозможна. Даже если мужик в мало вменяемом состоянии.
— А, даже и напиваться тебе не придется. Давай проведем эксперимент, — азартно предложила Строева. — Ты сейчас пойдешь погуляешь часочек, а я кое-кого позову. Мы загримируемся, а потом ты попробуешь понять, кто из нас кто. Пойдет?
