– Движение, – напряженно выдохнул боец, так навалившийся на окуляры, что раздался ощутимый скрип. – Примерно три километра. Вижу пыльный шлейф!
– Вот и пожаловали, суки, – оскалился командир, и, щелкнув тангеткой радиостанции, приказал: – Съехать с шоссе! Занять позиции слева, за оврагом! Вероятно приближение противника!
Колонна разом развернулась, скатываясь с относительно ровной поверхности шоссе, давно и ощутимо нуждавшегося в починке, в неглубокий овраг, заросший высоким ковылем. Конечно, позади каждой машины осталась великолепная просека, но зато теперь над зарослями возвышались только башни, грозно поводившие стволами орудий.
– Черт, какие-то мотоциклисты! – Наводчик-оператор, не прекращавший наблюдение за дорогой, удивленно покосился на своего командира. – Что за туристы?!
По шоссе с треском, взметая клубы пыли, мчались три легких кроссовых мотоцикла, окрашенные в цвета пустынного камуфляжа, и не сразу пехотинцы смогли заметить за спинами у седоков стволы штурмовых винтовок. Мотоциклисты на предельной скорости пролетели мимо наспех организованной засады, взлетев на пригорок и тотчас скатившись вниз по склону, и только клубы пыли и сизые облачка выхлопных газов напоминали ее об их появлении.
– Американцы, – жестко произнес командир группы. – Это разведка! И думаю, мотоциклами дело не ограничится. Орудия к бою! – Приказы следовали один за другим с частотой пулеметной очереди. – Десанту спешиться, выдвинуться вперед для визуальной разведки!
Распахнулись створки кормового люка, и пехотинцы, томившиеся в тесноте десантного отделения, высыпали наружу, разбегаясь в разные стороны и по привычке занимая оборону под прикрытием бортов БМП-3. Осмотревшись, командир отделения махнул рукой, и все семь человек, держа наперевес автоматы, бодрой рысью двинулись вверх по склону холма, туда, откуда открывался наилучший обзор.
Сердца мотострелков и танкистов, всех без исключения, в эти секунды стучали, точно паровые молоты. Враг был близко, он оказался таким уязвимым, таким беззащитным для тех, кто был закован в прочную броню, что казалось странным, как он вообще осмелился напасть на целую страну. Каждому бойцу хотелось первым поймать в прицел чужака, первым нажать на спуск, обрушивая на агрессора свою справедливую месть.
– Доложим в полк? – Наводчик вопросительно взглянул на командира, но тот отрицательно помотал головой:
– Отставить! Янки могут слушать эфир, наверняка слушают, но пока они о нас не знают, и мы будем сидеть тихо, пока не увидим достойную цель.
Мучительно тянулись минуты. Мотострелки заняли позицию на вершине холма, оборудовав наблюдательный пункт, а все остальные продолжали обливаться потом в тесноте боевых отделений бронемашин. В прочем, ждать пришлось недолго.
Первыми приближение колонны вражеской техники обнаружили как раз пехотинцы, вооружившиеся обыкновенными полевыми биноклями. И пока один из них, спотыкаясь, кубарем скатывался с холма, чтобы предупредить затаившихся в засаде товарищей, остальные уже готовились к бою, невольно сгрудившись вокруг противотанкового гранатомета РПГ-7, наиболее мощного оружия отделения.
– Три или четыре бронемашины, – сообщил по радио командир группы, нарушив собственный приказ и выйдя из режима радиомолчания. – Километров пять! Зарядить ракету!
В механизме заряжания "главного калибра" БПМ-3, стомиллиметрового орудия 2А70, находились двадцать два осколочно-фугасных снаряда, но против серьезного противника, так же, как сама БМП, закованного в броню, это был не аргумент. И потому наводчик, не прикасаясь к своему пульту, нырнул вниз, подхватывая с пола боевого отделения цилиндр, заключавший в себе танковую управляемую ракету 9М117.
– К стрельбе готов, – затолкнув управляемый снаряд в казенник орудия, наводчик взглянул на командира, ожидая дальнейших приказов. – Орудие заряжено!
В перекрестьях прицелов уже были четко различимы показавшиеся необычно массивными бронемашины "Брэдли" – танкисты и мотострелки почти сразу опознали своего противника, далеко не самого слабого – высокие, точно дом, увешанные корзинами и ящиками со всевозможным имуществом, всем, что только могло пригодиться оторвавшееся далеко от главных сил разведывательной группе.
– Точно это янки, – подтвердил наводчик, уже совместивший перекрещивающиеся нити прицела с силуэтом замыкающей машины. – Вижу четыре боевые машины "Брэдли"!
– Приготовились! Распределить цели, – отдал новый приказ командир группы. – Накроем их одним залпом. Огонь только по команде!
В каморы танковых орудий скользнули "сигары" подкалиберных снарядов, глухо лязгнули закрывшиеся следом за ними затворы, и наводчики, до дрожи ожидая приказа, положили руки на спусковые рычаги, готовые обрушить на врага лавину огня. Противник, уверенный, что вокруг не было опасности, отчего-то утративший осторожность, шел прямиком в западню.