Я должна, нет просто обязана рассказать эту историю, потому что очень хочу этого. Думаю к концу моего рассказа вы поймете почему. Он пришел ближе к полуночи — самое время для посетителей, которые начали занимать столики. Устроился на высоком табурете за барной стойкой и заказал водки. Я наполнила тяжелый квадратный стакан и молча поставила его перед ним на фирменную салфетку. Но когда он вытащил из кармана кожанки небольшой пакетик томатного сока и добавил его в водку, я сказала: — Если желаете, то я приготовлю вам настоящую «Кровавую Мэри»? И после короткого и емкого совета «отвалить», так и сделала, оставив его в покое.
«Вампир — это изменение ценностей на оси плоти»
Я должна, нет просто обязана рассказать эту историю, потому что очень хочу этого. Думаю к концу моего рассказа вы поймете почему.
Он пришел ближе к полуночи — самое время для посетителей, которые начали занимать столики. Устроился на высоком табурете за барной стойкой и заказал водки.
Я наполнила тяжелый квадратный стакан и молча поставила его перед ним на фирменную салфетку. Но когда он вытащил из кармана кожанки небольшой пакетик томатного сока и добавил его в водку, я сказала:
— Если желаете, то я приготовлю вам настоящую «Кровавую Мэри»? И после короткого и емкого совета «отвалить», так и сделала, оставив его в покое.
Отчасти, мне просто некогда было с ним препираться: повалил народ и я только успевала поворачиваться. Отчасти, из-за того, что выглядел он смертельно бледным, смертельно уставшим и, вообще, смертельно больным. Ну его. Посидит и уйдет. Судя по его простоватому прикиду и жалкому пакетику томатного сока, деньгами он не богат. Авось все обойдется и никто не обратит на него внимания.
Вскоре, его присутствие перестало напрягать меня и я позабыла о нем, потому что посетителей прибавилось и я металась за стойкой, стараясь без задержки обслужить их, не забывая при этом приветливо улыбаться каждому.
Потом, между делом, я взглянула в дальний угол стойки и обнаружила, что он по прежнему сидит на своем месте, судя по всему, основательно пьяный, потому что смотрел перед собой неподвижным взглядом. Звучала шелестящая музыка шансона, коричневые абажуры отбрасывали мягкий приглушенный свет, в такой обстановке только и напиваться.
К нему подсела одна из девушек, подрабатывающих по вечерам в нашем баре и попросила угостить ее выпивкой. Этот чудик удосужился оторвать свой взгляд от полированной поверхности стойки и посмотреть на нее, но только для того, что бы бросить ей короткое:
— Отвали.
Девочка поначалу опешила, потому что до сих пор не знала у мужчин отказа, как и они не знали отказа от нее, но потом, как ни в чем ни бывало наклонилась к нему.
— Если ты голубой, то не сомневайся, это заведение в состоянии удовлетворить любую прихоть клиентов, только скажи, — доверительно сообщила она, ничуть не смущенная его недружелюбностью.
Более того, придвинулась к нему поближе и, кажется, прижалась коленкой к его колену. Но он уже снова вперил свой взгляд на поверхность стойки, не обращая никакого внимания на нее. Еще на что-то надеясь, девушка какое-то время сидела рядом с ним и даже погладила его плечу, но он оставался все таким же безучастным. Немного подождав, но так и неуслышав с его стороны ни словечка, ни реакции на ее поглаживания, ни выпивки, девушка встала и отошла, решив больше не тратить на него свое время.
Когда я снова, вспомнив о нем, взглянула в его сторону, то увидела его в обществе бизнесмена. Но это было не то, что обычно думаешь, когда один мужчина подсаживается к другому и заказывает ему выпивку. Этот расстроенный бизнесмен с расстегнутым воротом рубашки, без галстука, в заляпаных соусом и красным вином белоснежными манжетами и с поблескивающими в них золотыми запонками, не походил на беззаботного голубого.
Заговорив с этим чудиком и, видимо так и не получив от него ответа, бизнесмен, как ни странно, заказал для него выпивку. Парень его угощение так и не тронул, продолжая сосредоточенно разглядывать барную стойку, в то время, как подвыпивший бизнесмен изливал ему свою душу.
Я взбивала коктейли для двух «местных» дам, одна из которых была отвергнутая болезным чудиком, девочка. Двое джентльменов, обмывающих какую-то сделку, любезно согласились угостить, подсевших к ним девушек.
— Водки, — вдруг бросил, молчавший до сих пор парень, заставив от неожиданности замолчать своего собеседника, уже отчаявшегося дождаться от него какой-нибудь реплики.
Налив стакан, я толкнула его вдоль стойки и снова взялась за шейкер — взбивать вторую порцию коктейля. Не поднимая глаз, парень поймал стакан и достав свой пакетик томатного сока, долил его в водку. Бизнесмен с интересом наблюдал за ним, потом взял стакан виски, который ему же и заказывал, и залпом выпил.
— Татьяна, — выглянул в это время из подсобки Степан Дмитриевич, хозяин нашего бара, которого мы за глаза звали Митричем.
