Вечер в Валгалле полностью

ХРУЩЕВ ( быстро ) … .за дорогого и всеми любимого…

СТАЛИН. Это не твои рога?

ХРУЩЕВ. Хе-хе-хе. Ха-ха-ха. Никак нет. Вам виднее, товарищ Сталин.

СТАЛИН. Я предлагаю выпить за то, чтобы товарища Хрущева положили в Мавзолей.

ЛЕНИН. Сейчас. Еще чего. Он толкаться будет.

СТАЛИН. Дали успокоиться. И тут же выкинули вон! собакам! как падаль!

ХРУЩЕВ. Товарищ Сталин! Это был просто политический акт! Ну вы же сами учили – все грехи сваливать на предшественников. Народ должен верить в вождя. А для этого все плохое надо приписать прошлому вождю. Для своего времени вы были правы. Но уж очень страшно всем было. От страха и работали хуже, ответственности боялись. Надо было воздуху-то подпустить, чтоб дальше страну двигать. А так-то я ничего.

СТАЛИН. Так. А теперь – не страшно? А теперь – без страха работают лучше? Двинули страну? Кому двинули? Продуванили, да, раздербанили? Воздуху подпустили. Вони подпустили!

ТРОЦКИЙ. Боже мой, неужели нельзя хоть сейчас, спокойно, в дружеском кругу, выпить чаю, отдохнуть, поговорить спокойно о милых пустяках, вспомнить с улыбкой минувшие дни… неужели мы всей своей беззаветной деятельностью во имя высшей цели, всем своим святым горением и самосожжением не заслужили хоть час спокойной человеческой жизни? Ведь если я гореть не буду, и если он гореть не будет, и если мы гореть не будем – то кто же здесь рассеет тьму?

ГОРЬКИЙ. Дорогой вы мой человек. Где уж нам, дуракам, чай пить. Это вы в своем хедере беллетристики начитались. Люди, мол, просто сидят себе и пьют чай, а в это время складываются их судьбы и разбивается их счастье… А на самом деле – какой чай? Спирт. Шашку! Коня! Человек – это звучит гордо! А выглядит мерзко. Кто сказал? Не помню.

ЛЕНИН. Коммунистом можно стать лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество. Хм. Как-то коряво. Но ничего. Схавают. Да, вот, тоже, помню писателя. Не нашенский. Тоже написал. Про безумное чаепитие. Они там чай пили-пили, пили-пили, посуды грязной уйма, переругались все, девочку какую-то обидели.

КОМИССАР. Вот которые чай пили – они-то державу и пропили в результате. Это ж надо – чтоб от Японии до Англии зияла родина моя!

ВРАЧ-ВРЕДИТЕЛЬ ( делает ему укол ). Это вы спрашивали, кто еще хочет комиссарского тела? Нет? Ничего, все равно успокойтесь.

СТАЛИН щеточкой чистит сапоги. Заботливо отряхивает мундир. Держится рукой за сердце. Достает пузырек, капает в стакан, выпивает, ждет.

ЛЕНИН, приволакивая ногу, тяжело садится. Вытряхивает из трубочки таблетку и кладет под язык. Прикрывает глаза, тяжело дышит. Потом начинает поправлять старенький галстук, аккуратно поддергивает брюки на коленях.

ТРОЦКИЙ макает тряпочку в миску с холодной водой и прикладывает к голове. Пенсне падает с носа в мисочку, он вынимает, смотрит, не разбились ли, вытирает и кладет на стол рядом. Опять макает тряпочку и прикладывает.

БРЕЖНЕВ с трудом падает в кресло, тяжело дышит, утирает слезы. Щупает себе лоб, считает пульс. Машет рукой и закуривает сигарету.

ХРУЩЕВ хлопает рюмку и, накинув на плечи плед, садится сгорбившись и пригорюнившись. Покачивает головой и вздыхает, шепча что-то.

Женщины хлопочут у стола, убирая грязную посуду, наливая чай и водку.

ПОРУЧИК ( вертя наган ). Рука не поднимается. А зря.

КОМИССАР. Пресвятые угодники. Десница Господня.

ПОРУЧИК. Что – тяжеловата шапка Мономаха?

КОМИССАР. Сик транзит глориа мунди.

ПОРУЧИК ( глумливо ). Ударно потрудился – культурно отдохни.

КОМИССАР. А не отпить ли нам кофею?

ПОРУЧИК. Отнюдь, сказала графиня. Наливай.