Несмотря на то, что действие книги журналиста, публициста и литератора Владимира Шака происходит в рядовой, казалось бы, сельской глубинке — где-то по пути из Запорожья в Мелитополь, ее героями становятся очень даже не рядовые люди. И семья графа с громкой фамилией тут вдруг появляется, и поэт Александр Пушкин, приходящийся родственником графу, заявляет о себе, и художник Карл Брюллов имеет честь представить свою музу… И за всем происходящим внимательно наблюдает сам Николай Васильевич Гоголь.
Владимир Шак
Вечера на Конке близ Веселянки
Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»
© Владимир Шак, 2021
Несмотря на то, что действие книги журналиста, публициста и литератора Владимира Шака происходит в рядовой, казалось бы, сельской глубинке — где-то по пути из Запорожья в Мелитополь, ее героями становятся очень даже не рядовые люди. И семья графа с громкой фамилией тут вдруг появляется, и поэт Александр Пушкин, приходящийся родственником графу, заявляет о себе, и художник Карл Брюллов имеет честь представить свою музу… И за всем происходящим внимательно наблюдает сам Николай Васильевич Гоголь.
12+
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Оглавление
Вечера на Конке близ Веселянки
Потемкинская деревня в пригороде Запорожья (вместо вступления)
Как хозяйка запорожского села помогла Тараса Шевченко из неволи выкупить
Святые места запорожского края: монастырь в селе Приморское
Вечера на Конке близ Веселянки (подражание Гоголю)
Секретный чиновник империи
Как предали фронтового врача и… графа
Храм, который построил граф
Веселое солнце над сельским храмом
Чужой среди погибших
Как искали пропавшую церковь… и нашли
Как умершего почетного гражданина ограбили
Запорожские братья поэта Александра Пушкина
Внук графа Канкрина сыграл в кино Чапаева
Конь-гора на берегу реки Конки
Потемкинская деревня в пригороде Запорожья (
Как известно из истории, потемкинскими деревнями называли бутафорские селения, которые якобы были выстроены по указанию князя Григория Потемкина вдоль маршрута Екатерины Второй во время ее поездки в 1787 году в северное Причерноморье и Крым, отвоеванные у Османской империи. Я не случайно употребил слово «якобы»: реально никаких потемкинских деревень не существовало. Несмотря на то, что миф о них сохраняется по сию пору, а словосочетание «потемкинские деревни» по-прежнему употребляется в качестве символа грандиозного надувательства. Хотя, если уж быть совершенно точным, одна потемкинская деревня таки существует. Причем буквально в пригороде Запорожья — километрах в двадцати от областного центра. Где конкретно? Уверен, после того, как я обнародую название этой «деревни», многие зримо представят, где она находится. Потому что миновать ее — по пути из Запорожья в Мелитополь, невозможно: она ведь на трассе Харьков-Симферополь расположена — на берегу Конки-реки, которая в старые времена именовалась Конской рекой. Почти в том самом месте, где Конка впадает в Днепр, и находится село… ну, конечно же, Григоровка, названное по имени светлейшего князя [официальное название его титула], генерал-фельдмаршала Григория Потемкина-Таврического. Именно здесь, по берегам Конской реки, некогда паслись многоголосые табуны лошадей князя, поставляемых им во все, пожалуй, уголки Российской империи, в которой, кстати, сам князь был далеко не последним человеком.
Село в ту пору предалекую не Григоровкой, правда, именовалась: в отличие от коммунистических вождей, князь Потемкин не страдал манией величия — пожалованные ему за усердную службу земли не называл в честь себя, любимого. Подписывая где-нибудь в военном походе письмецо в будущую Григоровку, обозначал на конверте такой адрес: «Конское селение Таврической губернии». И делал приписку для почтового курьера: «Ответа дождаться, на обратном пути в трактирах не пьянствовать». Впрочем, с конвертом я, может быть, слегка погорячился. Но исторический факт, тем не менее, отобразил верно: состоявшая во времена Потемкина из нескольких хуторов теперешняя Григоровка действительно именовалась в ту пору… слободой Консководовкой или просто Конской. И от Конской реки, и от обилия лошадей на ее берегу, и от уникальной Конской горы в верховьях Конки, на которой мы обязательно побываем — в какой-нибудь из глав этой книги. Между прочим, в соседней слободе Кушугумовке [нынешний поселок Кушугум] в 1779 году проживало 197 человек [для сравнения: в Александровском форштадте — 180]. При этом 153 из них учитывались, как «бывшие запорожцы». Можно не сомневаться, что аналогичная ситуация была и в Консководовке: это тоже, как и Кушугум, давнее козацкое селение. Ну а теперь уважаемым читателям я предложу пару любопытных историй, связанных с Григоровкой и прилегающими к ней селами: в 2006 году сельский голова Григоровки Сергей Кущ поведал мне их во время нашей встречи на берегу реки Конки. Истории эти связаны, в частности, с Панским озером и давней пристанью.
