После Прута сподвижники Петра поздравили его со счастливым возвращением, он повторял одно и то же: «Мое счастье в том, что я должен был получить сто палочных ударов, а получил только пятьдесят».
К себе он был беспощаден, ошибок своих не скрывал, но одно дело себя казнить, другое — получать насмешки иностранцев, к тому же от вялого, трусливого, неверного австрийского государя.
Все ждали, что ответит Петр — вспылит, разразится скандалом либо проглотит пилюлю, примет поздравление, как бы не заметив намека.
Спокойно дослушав посланника, он вдруг спросил, читает ли тот по–латыни. Получив утвердительный ответ, Петр принес из своего кабинета томик Эзопа, нашел нужную басню, подал посланнику.
— Читайте, читайте, — сказал он.
Там оба героя, козел и лиса, свалились в колодец, лиса выбралась оттуда по рогам козла и стала над ним смеяться.
Посланник заулыбался, как бы переводя все в шутку. Все молча смотрели на него. Осуждающе, не принимая его улыбки.
Он неловко поклонился.
— Желаю вам приятного вечера, — сказал Петр и удалился.
Глава двадцать восьмая
СНЫ
К своим снам Петр относился внимательно, можно сказать, — всерьез. Упорно пытался разгадывать смысл второй жизни, что приходила по ночам. Просыпаясь, звал дежурного денщика, диктовал ему сновидение. Были сны, которые повторялись, чаще всего кровавые кошмары. Во сне он плакал, мать вытирала ему слезы, открывала сундук, чтобы достать рубаху, из сундука выскакивали отрубленные головы…
Были сны запутанные, но что–то означающие: корабль никак не мог пристать к берегу, Петр командовал, но какие–то карлики переставали грести, он накидывался на них с палкой, и тогда появлялся рой пчел, Петр отбивался от них, забирался в каюту, там его встречали ученые в париках, они показывали незнакомые карты, подавали ему подзорную трубу, и он видел, как дубовая роща идет по полю и на ветвях несет окровавленного Карла.
В снах таились предупреждения, советы, Яков Брюс толковал их по–своему, все больше к замирению. Некоторые сны Петр разгадывал сам: во сне он увидел, как солдаты гонят по берегу моря стадо тигров, и после этого решил продолжать войну.
Вещие сны появлялись редко. В них приходили братец Иоанн или Лефорт, что–то советовали, напоминали. Была жива матушка, он показывал ей набережную с дворцами. В сновидениях бывало и весело, и больно и звучали какие–то умные, даже мудрые слова. Он там озорничал, пил, танцевал, был ребенком…
