Моя бабушка жила в Благовещенске(в Томск учиться, по делам в Минусинск),где плескалось вокруг время зловещеемежусобицы, убийств и бесчинств.Что поделаешь, судьба наша — каторга,переехавший Байкал беглый раб.По Амуру в джонке утлой, по Хатангеи по Стиксу, зыбь мертва, ветер слаб.Ох, и чудо была матушка папеньки!Не печалилась на самом краюданной пропасти, что днесь вместо паперти,где под громом я небесным стою.А когда она собралась на выселкииз житийных передряг в мир иных,моей бабушке мерещился висельник,и военные, и дни Турбиных.Я живу за Левашовскою пустошью,за Уралом, если глянуть с Оби,не прикована, не вольноотпущена,как сумеешь, так свое оттруби.Но полощется в окне моем облако,чтобы походя — легко — излечить;и на грани обезлички и обликатолько образ и могу различить.<p>«Пейзаж из окна мансарды — изнанка Альп…»</p>* * *Пейзаж из окна мансарды — изнанка Альп,в оконце подвала — галька альф и омег,где у южной стороны дома полно пальм,а у северной стороны дома лежит снег.Точно в юности, ранний утренний воздух свеж,лепесток цикламена лаков, на свет ал.Ты в нечитаной книге тихо листы разрежь,разбуди текст, что сказочным сном спал.Была, не была, имел или не имел,вот и пришли туда, куда путь шел.На восточной стороне дома лед или мел,а на западной — разноцветная жизнь пчел.<p>«Кому ты говоришь: я тут, я твой…»</p>* * *Кому ты говоришь: я тут, я твой, —возлюбленный? Мне похвалиться нечем.Обведены рыжеющей листвой,мы вразнобой невнятицу лепечем.Летучее хозяйство сентября,где мы с тобой, сомнительные птицы,еще живем, по правде говоря,уже успев простить или проститься.Причуды лета, властвовать устав,и отстают, и дышат нам в затылкина стадиях отлетов и застав,на всех этапах птичьей пересылки.Ни тут, ни там, кто общий, тот ничей,пернатый пентюх стаи Аполлона.В каком краю? в краю таких ночейи я ничья. И время — óно, óно…Мир старых гнезд во власти старых лар,любимая, осенней полон ленью,а перелет — то вектор, то скаляр,сплошная метафизика паренья.Вертлюга флаг мотается, скрипя,поет, что ветру нынешнему надо.А мы должны себя, одних себяи облаку, и снам, и листопаду.<p>«Я люблю тебя не <emphasis>так</emphasis> и не <emphasis>столько</emphasis>…»</p>* * *Я люблю тебя не так и не столько,без календаря с его нивелиром,я люблю тебя, как любят цветные стеклана веранде души, пропыленной миром.В воздухе висит — много или мало? —хрупкое ничто, радуга-оконце;никогда ничем и не одаряло,кроме цвета и света и кроме солнца.Разобидившись поутру безлико,горстью слез промыв сонное око,на стекле цветном увидать тень бликаневесомых горниц Господа Бога.
