Этот крик выводит всех нас из окаменения. Все оживают и бросаются ко входу в каюту, откуда лёжа на животе ведёт огонь воскресший Геракл.
– А-а, с-суки! – рычит он переворачивая смотанные изолентой рожки и вставляя их в автомат. – Получите!
Он снова выдаёт по короткой очереди на каждый катер.
На голову Гераклу словно опрокинули тарелку борща. Кровь струями течёт по лицу, заливает глаза. Светка отрывает с полы сарафана ровную жёлтую полоску и повязывает её вокруг лба Геракла, не мешая ему продолжать стрельбу.
«Живой!» – орёт каждый из нас, словно адресуя это слово самим себе. Пока же нам некогда удивляться чудесному воскрешению, так как опасность по ту сторону борта никуда не делась. Там что-то орут, значит есть живые.
Я залетаю в каюту и хватаю, стоящий за дверью дробовик, Поночка лезет за диван и достаёт оттуда «стечкина». Выбегаем, рассредоточиваемся справа и слева от Геракла.
– Бей гадов!
Теперь уже мы в три ствола разрисовываем чёрными точками обшивки обоих катеров. Лупим плотно, не давая поднять головы тем, кто в лодках. Если там ещё есть живые.
– Стойте парни! Брейк! – Слышится голос Ленина и белая манжета рубашки с высовывающейся из неё рукой показывается в проёме, из которого торчат куски битого стекла.
Мы как по команде прекращаем стрелять. Наступает тишина и сейчас кроме тумана над водой висит тяжёлый пороховой дым.
– Парни не стреляйте! Давайте поговорим! – визгливый голос Ленина множится многократным эхом. Он лупит ладошкой по алюминевой обшивке, словно борец, к которому применили удушающий приём.
– Говори! Парни не стреляйте! – кричит Буратина, который притаился где то там за кабиной каюты.
– Осторожно, пацаны там второй! – воздух прорезает раздающийся сверху крик Жекичана. Одновременно с криком над кормой вырастает фигура Георгия со вскинутой винтовкой.
«Ба-бах!»
После одновременного с обеих сторон залпа, Георгий пошатнувшись, падает в воду.
– Класс! Как медвежонка в тире снял! – рычит Геракл. Желтая повязка на его голове спереди окрашена в бурый цвет, и теперь он похож на обросшего японского камикадзе.
– Парни не стреляйте! – снова умоляет Ленин.
– Жека, глянь там есть ещё какая то движуха? – кричу я Жекичану.
– Нет! Всё спокойно! – доносится в ответ.
Георгий бултыхается в воде, пытаясь уцепиться за борт.
– Ленин, помоги ему забраться! – орёт Буратина.
Ленин и появившийся рулевой, который демонстрирует, что его руки пусты, пытаются заволочь грузную тушу на борт.
– А может добить его? – как то по доброму говорит Геракл. – Чё человеку мучиться.
– Успеется ещё… – отвечаю я.
Теперь можно подвести итоги боя в котором безусловную победу одержала наша сторона.
Несмотря на шквал огня убитых нет. С той стороны ранен Георгий и мужик с другого катера, которого посекло осколками пластика.
У нас пострадал Геракл. Пуля прошла снизу вверх по касательной к черепу, зацепив лоб и вырвав клок волос вместе с кожей на голове. С первого взгляда могло показаться, что Гераклу разнесло череп. Эту страшную картинку и увидела Вика через иллюминатор в каюте.
Георгий лежит на носу, раскинув ноги и руки, будто прилёг позагорать. Его друг уже снял с него разгрузку, и теперь рвёт чёрную футболку. Судя по отверстию в жилете, пуля Геракла попала как раз в область сердца, но Георгий ещё подаёт признаки жизни. Он то и дело приподнимает голову, с грохотом роняя её на обшивку и открывает рот, как рыба, которую выбросили на берег. Когда футболка оказывается разорванной, всё становится ясно. Ребята основательно подготовились к встрече с нами. Мускулистый торс Георгия облегает что то вроде белого корсета.
– Так вы в бронниках? – орёт Геракл, который уже поднялся на ноги. – Жалко, такой выстрел зря пропал.
На самом деле выстрел Геракла не пропал даром. Пуля калибра семь шестьдесят две, набрав максимальное ускорение, щёлкнула по пластинам бронежилета, равно ударившей в грудину кувалде. По виду дышащего через раз Георгия понятно, что у него, как минимум сломаны рёбра.
– Ну чё, в расход их всех? – Громко спрашивает Геракл.
– Думаю да! У нас нет других вариантов, мы уже и так далеко зашли. – Каким-то будничным тоном говорит Буратина. Друзья словно рассуждают как поступить с заразившимися птичьим гриппом курицами.
– Эй вы чего, парни? – Машет руками Ленин. – Вы же не убийцы какие-то. Зачем вам брать грех на душу?
– У-у! – ты нам ещё проповедь прочитай. – Отмахивается Буратина. – Извини, Женя, но ты сам не оставил нам выбора. Ну отпустим мы вас, а уже через час, здесь будут десять катеров с этими гавриками в чёрном…
– Нет, я тебе слово даю, что это наша последняя встреча. – Ленин складывает ладошки в умоляющем жесте.
– Слово пацана! Я помню, Женя. Я знаю, как ты держишь слово!
– В этот раз точно сдержу, Серёга! Я же не хотел, чтобы так вышло, мы хотели просто напугать.
– У вас это почти получилось. Если бы Гоша взял чуть пониже, исход встречи был бы другим. – Говорит Буратина.
– Да чё с ними церемониться, они пришли по наши души, у них не получилось. Ну тогда придётся вытряхнуть души из них. – рычит Геракл.
