Карелла пригласил Нелли тогда, когда понял, что они задержали жестокого человека, жена которого жаловалась отцу Майклу на оскорбления словом и действием. Этот же человек был и автором письма священнику, которое таило в себе чуть прикрытую угрозу расправы. По его собственному признанию, он заходил в церковь днем на Пасху. Этому есть как минимум один свидетель — Натан Хупер, — который сообщил, что слышал ожесточенный спор патера с каким-то мужчиной.
Нелли было 32 года. Ее живые голубые глаза и песочного цвета волосы, подстриженные в форме летящего клина, очень подходили к ее энергичному стилю. Сегодня утром она надела темно-синюю юбку и серый жакет, розовую, мужского покроя сорочку и узкий красно-синий репсовый галстук, а также синие туфельки на умеренных каблучках. Она очень нравилась Карелле; чем-то она ему напоминала его сестру Анжелу, хотя внешне не наблюдалось ни малейшего сходства.
Присев на краешек стола лейтенанта, она еще раз разъяснила Фарнсу его права, а потом спросила, твердо ли он решил обойтись без помощи адвоката. Как и большинство новичков, вдруг оказавшихся перед лицом закона, Фарнс заявил ей, что адвокат ему не нужен, потому что он ничего не сделал, а если кто здесь и совершил преступление, так это его жена! Карелла подумал, что любой мелкий уличный дешевый воришка требует адвоката, едва оказавшись в наручниках!
Нелли подробно объяснила Фарнсу, что он в любую минуту по желанию может прекратить допрос или затребовать адвоката, когда увидит в этом необходимость. Даже если сейчас он уклоняется от этого. Снова спросила его, все ли он понял. На что Фарнс весьма раздраженно ответил: «Конечно, понял! Я что, похож на идиота? Повторяю, моя жена пыталась убить меня!»
До применения закона Миранды — Эскобедо, слава Богу, весьма далеко, так что Нелли включила магнитофон, кивнула стенографисту, который придвинул к себе стопку блокнотов для записей, продиктовала в микрофон дату, то есть 30 мая 10 часов 07 минут, описала место и всех присутствующих, а потом приступила к допросу.
В: Назовите, пожалуйста, свое полное имя.
О: Артур Левеллин Фарнс.
В: Ваш адрес?
О: Гровер-парк, Южная улица, 157.
В: Номер квартиры?
О: 12С.
В: Вы живете в этой квартире, по этому адресу с вашей женой Салли Луизой Фарнс?
О: Да. Это она вчера ночью пыталась убить меня!
В: Мистер Фарнс! Вас приняли вчера вечером в 6.45 в отделении «Скорой помощи» при госпитале «Генерал Грир» по поводу ножевого ранения в левое предплечье?
О: Проклятье! Именно так!
В: И вас задержали на ночь для обследования в госпитале и…
О: Да, да!
В: …и выпустили сегодня в 9.32 утра под охраной детективов Хейза и Кареллы…
О: Да!
В: …которые доставили вас сюда, в 87-й участок, для допроса, верно?
О: Верно.
В: Вам сообщили, не так ли, что вам предъявлено обвинение в нападении 1-й степени — преступление класса «С»…
О: Да.
В: А также в покушении на убийство — преступление класса «В»?
О: Это моя жена хотела убить меня!
В: Но вам сообщили об этих обвинениях, выдвигаемых против вас?
О: Да.
В: И, конечно, вам разъяснили ваши права согласно решениям Верховного суда по закону Миранды — Эскобедо, и вы ответили, что вы уяснили эти права, не так ли?
О: Вы их мне читали, и я сказал, что понял.
В: И не воспользовались своим правом на адвоката, это верно?
О: Да.
В: Очень хорошо, мистер Фарнс…
Она придвинулась к нему поближе, давая понять своим видом, что все предыдущее — безделица, а сейчас она готова бросить перчатку.
В: …вы не могли бы рассказать мне, каким образом вы получили ножевое ранение в плечо?
О: Она сошла с ума!
В: Кого вы имеете в виду, будьте любезны сказать?
О: Салли!
В: Вашу жену — Салли Луизу Фарнс?
О: Да!
В: Вы сказали, она сошла с ума?
О: Да!
В: Вы не могли бы объяснить мне, что вы понимаете под этим?
О: Она сошла с ума! Как вы думаете, что можно понимать под этим? Мы сидели на кухне, и вдруг она схватила нож и ударила меня! Спятила! Точно, спятила!
В: Где вы сидели на кухне?
О: За столом.
В: И что делали?
О: Разговаривали.
В: О чем?
О: Не помню.
В: Постарайтесь вспомнить.
О: Как я могу вспомнить, о чем мы разговаривали? Она ударила меня ножом, черт побери!
В: Вы не припомните, говорили ли вы своей жене, что у нее плохая привычка прерывать вас, когда вы…
О: Нет!
В: Именно так, как вы только что прервали меня.
О: Извините, если я вас прервал. Я думал, что вы кончили говорить.
В: Нет, я не закончила.
О: Тогда извините меня.
В: Но вы этого своей жене не говорили? Что у нее дурная привычка прерывать?
О: Не помню, может, и говорил. А вообще это дурная привычка! Вы сами только что сказали.
В: Не думаю, что я так сказала.
О: Но, кажется, вам не понравилось, когда я вас прервал?
В: А вам нравилось, когда вас прерывала ваша жена?
О: Друг друга прерывать неприлично.
В: Это вас раздражало? Когда ваша жена прерывала вас?
