Внутри каждого из нас находится другая личность, внутренний человек, которого Священное Писание называет новым человеком, небесным человеком, молодой личностью, другом, аристократом.
"Увидев сидящего под деревом Блаженного, спросил его: Ты – дэва? И Блаженный ответил: – Нет. – Ты – гандхарва? – Нет. – Ты – якша? – Нет. – Ты – человек? – Нет. На вопрос брахмана, кто же он в таком случае, Блаженный ответил: – Я полностью уничтожил то злое воздействие, те желания, которые, пока они не были уничтожены, делали меня "дэвой", "гандхарвой", "якшей" (три типа сверхъестественных существ) или человеком. Так знай же, что теперь я – Будда.
Здесь мы попутно можем заметить, что только целенаправленный человек способен по-настоящему поклоняться единому Богу. Монотеизм, как теорию, может с радостью воспринимать человек, имя которому – Легион. Но при переходе от теории к практике, от обрывков знаний к непосредственному знакомству с единым Богом, истинным монотеистом может считаться только тот, кто отличается цельностью души. Человек знает только то, что он хочет знать. Если человек обладает полипсихикой, то вселенная, которую он познает благодаря непосредственным ощущениям, представляется ему политеистической. Будда отказывался что-либо говорить об абсолютной божественной реальности. Он говорил только о "нирване" – ощущении, которое доступно только совершенно бескорыстным и целенаправленным людям. То же самое ощущение другие назвали "единением с Брахманом", "единением с ал-Хакком", "единением с имманентным и трансцендентным Божеством". Будда, заняв по этому вопросу позицию строгого операционализма, говорил только о духовном ощущении, а не о метафизическом бытии, которое по мнению теологов других религий и поклонников позднего буддизма, является объектом и (поскольку в процессе созерцания – знающий и знание едины), в то же самое время, – субъектом и субстанцией этого ощущения.
Если ты не разорвешь оковы, пока жив, можно ли надеяться на то, что ты разорвешь их после смерти?
Описание житий святых у интеллектуальных, культурных людей в настоящее время совершенно не пользуется популярностью. Что, впрочем, и не удивительно. Культурные люди с пытливым умом отличаются ненасытной потребностью в новизне, разнообразии и развлечениях. А святые, чем бы они не занимались и какими бы впечатляющими не были бы их таланты, все время озабочены только одним – духовной Реальностью и средствами, благодаря которым они и их собратья смогут обрести знание, объединяющее их с этой Реальностью. А что касается их деяний, то они так же уныло однообразны, как и их мысли; ибо во всех обстоятельствах они ведут себя бескорыстно, терпеливо и неизменно добродетельно. Что ж удивляться тому, что никто не читает биографии таких мужчин и женщин! На одного хорошо образованного человека, который хоть что-нибудь знает о Вильяме Ло, найдутся две или три сотни тех, что прочитали повесть Босуэлла о жизни его более молодого современника. Почему? Потому что, до тех пор, пока его не подкосила смертельная болезнь, Джонсон с удовольствием вел увлекательно разнообразную жизнь; а Ло, несмотря на все превосходства его талантов, был почти до абсурда простым и ограниченным человеком. Легион предпочитает читать о Легионе. И потому, если говорить о литературе, в пьесах и романах вряд ли можно найти образы истинных святых-теоцентристов.
О, друг, надейся на Него, пока ты жив, знай Его, пока ты жив, понимай Его, пока ты жив: ибо только живой может спастись.
Если ты не разорвешь оковы, пока жив, можно ли надеяться на то, что ты разорвешь их после смерти?
Соединение души с Богом после того, как она покинула тело, – пустая мечта.
Если мы найдем Его сейчас, то найдем и потом; а если сейчас не найдем, нам останется только жизнь в Городе Мертвых.
Кабир.
## 16.62% - comment
