Но прежде чем он успел обрушить его на голову Хока, у того за спиной, невесть откуда взявшись, просвистел сверкнувший в лунном свете серебристой молнией нож. Лезвие вонзилось Торолфу в плечо. Он зашатался, уронил весло и взревел от боли и удивления.
Встревоженный, Хок посмотрел за спину Торолфа и увидел
Авриль, ухватившуюся за поручень на носу корабля. Она не Ходила глаз с раны на руке Хока.
— Хок!..
— Авриль, нет!
Но было уже поздно. Торолф повернулся к ней лицом в ярости изрыгая проклятия.
Авриль закричала и начала спускаться в воду, но Торг опередил ее. Он подскочил к носу, свесился, схватил Авриль шиворот и втянул на палубу. Загородившись ею, как шитом посмотрел на Хока.
— Итак, воктер, — оскалив зубы, прорычал он, — давай теперь поговорим, свободен я или нет.
Хок, забыв о боли в руке, снова схватил меч, который обронил при падении.
— Ней, — скомандовал Торолф, — брось оружие!
— Сначала отпусти ее…
— Брось оружие! — повторил Торолф, одной рукой обхватив шею Авриль, другой крепко держа за талию вырывающуюся и лягающую его женщину. — И скажи ей, чтобы оставила свои штучки! Ее подруга уже однажды преподала мне урок. Больше меня не одурачишь…
Авриль — совершенно очевидно не понимавшая, что говорит по-норманнски Торолф, — впилась зубами в его руку.
Чертыхаясь, Торолф отдернул руку, освободив шею Авриль, но в следующий миг он исхитрился, вырвал все еще торчавший в ране на плече нож и, ощерившись, приставил окровавленное лезвие к горлу женщины. Авриль вскрикнула и замерла.
— Скажи ей, Вэлбренд! — скаля зубы, повторил Торолф. — И положи меч. Эти чужеземки так хрупки. Один взмах ножа — и она мертва.
Хок посмотрел в наполненные ужасом глаза Авриль. и сердце его, словно молот, бухнуло в ребра. Он ни минуты не сомневался. что Торолф приведет угрозу в исполнение.
— Авриль, слушай меня. — Хок старался говорить ровным тоном, одновременно кладя меч па палубу. — Я хочу, чтобы ты стояла совершенно неподвижно…
— Хок, я…
— Не пытайся высвободиться! — властно приказал Хок. — Если ты что-либо предпримешь, он поранит тебя.
Авриль согласно опустила глаза и застыла неподвижно. Глядя. как она дрожит в руках Торолфа, Хок почувствовал, что у него сжалось все внутри.
— Очень хорошо, — немного спокойнее сказал по-норманнски Торолф, не отнимая ножа от горла Авриль. — Но предупреждаю: сделаешь хоть шаг — ей конец.
Хок зажал рану рукой, стараясь остановить кровь и не обращая внимания на разрывающую боль.
— Отпусти ее. — Он пристально смотрел прямо в черные глаза Торолфа. — Отпусти ее — и можешь брать корабль плыть, куда хочешь, и сдохнуть там, будь ты проклят!..
— Не думаю, что все произойдет именно так. У меня план получше. — Торолф, дернув головой, быстро взглянул на руль. — Во-первых, ты починишь то, что сломал, воктер. А потом благополучно выведешь корабль из асгардских вод. — Он улыбнулся. — По правде говоря, такой поворот событий устраивает меня наилучшим образом. Ты, который вечно мешал мне, теперь поможешь вырваться на волю.
— Твоя воля продлится всего шесть дней — потом ты умрешь!
— А вот тут ты ошибаешься, — хихикнул Торолф. — Закрепи руль, и я тебе кое-что покажу. — Он сильнее прижал острый кончик ножа к горлу Авриль. — Можешь отказаться, но тогда потеряешь еще одну жену.
Хок сжал кулаки. Страх за Авриль, смертельная ярость и бешенство от сознания собственного бессилия бушевали в нем. Выбора не было. Не спуская глаз с Торолфа, он двинулся назад, на корму, вытащил из воды обрезанный конец кожаного ремня и приделал его на место.
— Очень благоразумно с твоей стороны, воктер, а теперь берись за руль. Тебе безопасный проход через эти скалы известен лучше, чем мне. — Торолф встал рядом с мачтой, продолжая прикрываться Авриль. — И советую тебе держать корабль ровно. Малейший крен — и твоя женушка может получить серьезную рану.
Хок делал все, что велел Торолф, ни на миг не отводя взгляда от Авриль. Она была бледна, в глазах застыл ужас — и мольба о прощении. Он почти незаметно покачал головой, давая понять, что прощает ее, и в то же время умоляя не делать движений, которые могли бы Торолфу показаться угрожающими.
Держась за руль, игнорируя пульсирующую боль в ране, Хок направлял свой кнорр сквозь слабо освещенный лунным светом мрак ночи. Он твердо знал, что нельзя поддаваться опасным мыслям, роившимся у него в голове.
Если бы он был один на один с Торолфом, то не задумываясь, намеренно послал бы корабль прямо в одну из возвышавшихся впереди в тумане скал.
Но он не мог подвергать опасности жизнь Авриль.
Очень аккуратно Хок вел судно через самый безопасный пролив между древними, массивными скалами, который был ему хорошо известен. Кнорр, как и следовало ожидать, безупречно повиновался ему, скользя по воде плавно и быстро, словно чайка в небе.
Ночной бриз скоро вынес их за пределы акватории Асгарда. В открытое море.
— Ты получил то, что хотел, — выдавил из себя Хок. — Теперь отпусти ее. Если ты предпочитаешь совершить самоубийство, вместо того чтобы предстать перед старейшинами…