— Там есть пункт о возможных изменениях. Вдруг я захочу многоженство, — с лукавой улыбкой ответил ему мальчик.
Мужчина понимающе ухмыльнулся и ответил ему:
— Для тебя это возможно, ты же наследник двух родов.
— Да. Вы говорили, что наследники основателей могут общаться с замком. Как это происходит?
Поттер знал, что он наследник, так что ему было интересно, как он сможет пообщаться с разумным зданием.
— Зачем тебе? И Поттеры и Блэки никак не пересекались с семьями основателей, — неуверенно протянул мужчина.
— Мне просто любопытно, — спокойно ответил мальчик, ничем не выдавая свою заинтересованность.
— Это как ментальный диалог. По крайней мере, так написано, — ответил мужчина, слегка пожав плечами. Тайны в этом не было, так что сказать было не сложно.
— Хм. Интересно, — тихо пробормотал Поттер.
— Ты должно быть утомлен. В обед придут твои друзья и невеста,— поняв, что слишком заговорился, сказал Люциус.
— Хорошо. Спасибо, что поддерживаете меня, мистер Малфой, — слегка улыбаясь, ответил мужчине Поттер.
— Не за что, Гарри. Мы же родственники, для нас это не пустое. Выздоравливай.
Волшебник слегка сжал плечо мальчика, подтверждая свои слова. Он вышел из больничного крыла, и мальчик закрыл глаза. Тьма колыхнулась и накрыла его так, чтобы не было видно другим, одеяло скрывало это действо.
Он спал, когда к нему пришли. По закрытым глазам резанул свет, и он сквозь уходящий сон поморщился. К нему подошли, и он аккуратно приоткрыл один глаз. Это снова был директор.
— Не могли бы вы задернуть шторы, у меня глаза слишком чувствительны к свету, — тихо проговорил мальчик.
— Конечно, нет. Я не люблю тьму, Гарри, — с улыбкой на лице ответил Директор.
Мальчик недовольно поморщился, чувствуя, как Тьма так же недовольно обволакивает его.
— Хорошо, тогда не обижайтесь, что я лежу с закрытыми глазами.
Мальчик напрягся, он был еще слишком слаб для таких разговоров.
— Ничего страшного. Ты ничего не вспомнил? — с интересом спросил старый маг.
Мальчик с трудом сдержал раздражение и ответил:
— Директор, на меня насылали Круцио и слепили светом, что ещё я должен помнить?
Директор чем-то зашуршал и раздался легкий аромат лимона.
— Он не представился? — немного невнятно спросил Директор, видимо, что-то жевал.
— Нет. Он сказал только то, что хочет меня убить, предварительно помучив! — слегка резко сказал мальчик. Разговор ему не нравился.
— И как ты спасся? — с интересом и уже внятно спросил Дамблдор.
— Я думаю, это магический выброс, — медленно произнес Поттер.
— Нет, Гарри. Тебя спасла жертва твоей матери. Знаешь, в ночь, когда умерли твои родители, ты выжил благодаря Лили. Она пожертвовала собой, обменяв свою жизнь на твою.
— Я так не думаю, сэр. Вас там не было! — резко ответил ему мальчик.
Старик слишком самонадеян, раз думает, что он поведется на такую откровенную глупость.
— А ты помнишь, что произошло в ту ночь? — с плохо скрываемом любопытством в голосе спросил Директор.
— Нет, но никто точно сказать не может, как и вы. Моя мать поступила, как и сотни других. Не может быть такого, что вышло только у нее.
— Ты не прав, Гарри. Но не буду тебя уговаривать. Ты понимаешь, что у тебя теперь долг жизни передо мной?
— Да что вы говорите, директор? Вы думаете, я так глуп, что поверю в это? — приоткрыв глаза и посмотрев на директора практически прошипел Поттер.
— Нет, что ты. Но это же очевидно. Ты был почти мертв, когда феникс спас тебя, — с легкой улыбкой ответил мальчику старец.
— Меня спасла птица, а не вы. И не говорите, что он ваш фамильяр — фениксы ими не могут стать. Значит, должен я ему, волшебному существу. Что тоже невозможно, потому что Магия не признает такой долг, — улыбаясь, ответил мальчик. Об этом он знает давно, благо, книги он читать любил.
— Ты очень умен, Гарри. Будь осторожен в своих речах. Выздоравливайте, мистер Поттер.
Директор ушел, оставив мальчика в смешанных чувствах. Гарри знал, что Дамблдор не простой человек и что-то замышляет, но не ожидал, что он так открыто это продемонстрирует.
Он призвал свою магию и задёрнул шторы. Директор был опасен, и с этим надо было что-то делать и спросить у Салазара, как пообщаться об этом с замком.
Со стороны входа послышались шаги. Гарри повернул голову и увидел своих однокурсников. Мальчик слабо улыбнулся, проводив их взглядом до своей кровати.
— Гарри. Ты выглядишь получше, — тихо заговорил первым Малфой.
— Спасибо, Драко, — поблагодарил Поттер.
— Ты говоришь! Мерлин, я так волновался. Папа сказал, что ты проведешь здесь ещё неделю. Как ты себя чувствуешь? — быстро затараторил Малфой.
— Не особо хорошо, если честно. А как у вас дела? Как уроки? — решил перевести разговор на безопасную тему мальчик. О своем самочувствии и, собственно, о происшествии он говорить не хотел.
— Все хорошо, — коротко ответил ему Драко.
— Гарри, тебя, правда, пытали? — осторожно спросила мальчика его невеста.
— Да, Дафна. Не буду тебе врать, — спокойно ответил Поттер.
— Это… Ужасно. Но кто? — тихо прошептала девочка.
— Я не знаю. Я ничего не мог увидеть. А он не представился! — немного резко ответил Поттер. Говорить об этом совсем не хотелось.
