Посмеиваясь, Сюй Сун развернулся и зашагал прочь с арены. Он махнул рукой, не оборачиваясь, и его зверь раскрыл пасть, чтобы выплюнуть бессознательного Чжоу Фэна прямо перед пораженными учениками южного берега. Зрители на южной трибуне расстроились, послышались разочарованные вздохи. Сердца Люй Тяньлэй и других избранных южного берега дрогнули. В это время ученики с северного берега, напротив, вовсю шумно радовались. Бай Сяочунь был потрясен тем, насколько ужасающи люди с северного берега. Они с невероятным мастерством управляли зверями.
Скоро начался третий поединок. С северного берега участвовала одна из пяти великих избранных Гунсунь Вань’эр. Когда она увидела, что ей предстоит сражаться не с Чжоу Синьци, а с одним из других неизвестных избранных, она, казалось, немного расстроилась. По мановению ее руки семицветный феникс выдохнул семицветный туман. Когда этот туман окутал ученика с южного берега, то тот, казалось, потерял рассудок. Яростно взревев, он начал наносить удары по невидимому сопернику рядом с собой. А через мгновение он просто потерял сознание.
Все, что сделала в этом бою Гунсунь Вань’эр, — это один раз взмахнула своей изящной рукой. Потом она плавно проплыла по воздуху прочь с арены. Трибуна южного берега со страхом взирала на учеников с северного — они явно были под впечатлением.
— С избранными могут сражаться только настоящие избранные.
Ученики южного берега с надеждой посмотрели на Шангуань Тянью. Некоторые посмотрели на Бай Сяочуня с таким же выражением. Бай Сяочунь тут же высоко поднял голову и выпятил грудь. Однако про себя он ужаснулся тому, что только что проделала Гунсунь Вань’эр. «Эта девица даже невероятнее Чжоу Синьци», — подумал он, от увиденного у него пересохло во рту.
Скоро начался четвертый поединок. Окруженный вспыхивающими молниями, на арену вылетел Люй Тяньлэй. Его противником стал молодой человек в черных одеждах, что ни разу до этого не открыл глаз. И вот наконец он их открыл и спокойно вышел на арену. По какой-то причине никто с северного берега за него не болел. На лицах учеников застыло странное выражение, а остальные избранные глубоко вздохнули. Это изумило трибуну южного берега.
Люй Тяньлэй пристально наблюдал за юношей. Тот стоял молча и с непроницаемым выражением на лице. Когда он заговорил, то в голосе не было даже намека на эмоции:
— Призрачный Клык с северного берега.
— Люй Тяньлэй с южного берега! — Люй Тяньлэй глубоко вздохнул. Хорошо понимая, что перед ним лучший избранных северного берега, он с нетерпением рвался в бой. — Я не буду сдерживаться. Даже если я устану до смерти так, что не смогу продолжать, это того стоит!
Его глаза заполыхали желанием сражаться, и он издал мощный крик, от чего искры вокруг него превратились в озеро молний, раскинувшееся на тридцать метров во все стороны. А в это время Призрачный Клык спокойно указал пальцем в небо. Тут же над головой начали сгущаться черные тучи. Когда ученики с северного берега увидели это, то на их лицах показался страх.
Взвыв, окруженный молниями Люй Тяньлэй помчался вперед на Призрачного Клыка. Однако тот никак не отреагировал. Он просто стоял и даже прикрыл глаза.
— Ищешь смерти?! — взревел Люй Тяньлэй, чувствуя себя униженным. А самоуважение для избранных значило многое.
Взревев снова, он заставил озеро молний расшириться в два раза и наполниться еще большей силой. Но до того, как он успел приблизиться к Призрачному Клыку, из разрыва в черном облаке показалась призрачная когтистая лапа. Словно здоровенная колонна, протягивающаяся из облаков, она устремилась к Люй Тяньлэю на невероятной скорости, оказывая жуткое давление. Еще до того, как лапа коснулась его, он закашлялся кровью. Молнии вокруг него разлетелись и рассеялись, а его ноги ушли в землю, от чего во все стороны пошли трещины. По всему телу появились раны, из которых брызнула кровь, она засочилась даже из глаз, ушей, носа и рта. Он попытался бороться, но бесполезно. Скоро в глазах у него начало темнеть.
— Нет!
Ученики обоих берегов пришли в ужас от жуткой призрачной когтистой руки. Их внутренняя духовная энергия, казалось, перестала им подчиняться, и появилось чувство, будто души пытаются вырвать из тел. Глава секты и остальные в ложе наблюдали за этим с помрачневшими лицами.
— На протяжении тысячелетий никому не удавалось успешно культивировать магию Призраков Обитающих в Ночи. Не могу поверить, что культивация этого ребенка достигла такого уровня.
Вдруг Сюй Мэйсян обеспокоенно воскликнула:
— Плохо дело!
Не проронив больше ни слова, она быстро слетела на арену. Очутившись там в мгновение ока, она махнула рукой в сторону призрачной лапы. Раздался грохот, и лапу оттолкнуло обратно. Однако она не исчезла. Изо рта Люй Тяньлэя брызнула кровь, и он упал без сознания. Если бы Сюй Мэйсян опоздала хоть на мгновение, то его тело превратилось бы в кровавое месиво, а душа погибла бы. С потемневшим лицом Сюй Мэйсян глянула на Призрачного Клыка.
