– В Фоксфайре?
Софи даже не поняла, что пропустила школу. Хотя, какая разница. Связанные со способностями занятия все равно заменят, а она справлялась только с ними.
– Так ты лунный жаворонок, да? – спросил Киф, как будто ощутил перемену настроения. – В стихотворении говорится о тебе?
– Наверное, – пробормотала она.
– Хорошо, потому что больше мы ничего не разгадали, – призналась Биана.
– И «пещера кошмаров» звучит как-то не очень, – добавил Фитц.
– Ага, прошу тебя, Фостер, скажи, что они шутят. Потому что мы с тобой уже побывали в пещере кошмаров, и мне не понравилось.
– Они явно о другой пещере. Но… я никогда не слышала о Вершине мира и о зеленых ботинках, да и о…
Она замолчала, отдаленно что-то припоминая – лекцию по географии из школы, еще со времени жизни среди людей.
– Вообще, – сказала она, заново перечитывая записку, – думаю, они об Эвересте. Иногда люди называют его Вершиной мира, а Убежище построено в Гималаях, так? Раз мы используем Силвени как приманку, то неудивительно, что «Черный лебедь» его выбрал. На севере как раз есть пещера, где до смерти замерз альпинист в зеленых ботинках. Ее называют пещерой Зеленых Ботинок, потому что он до сих пор лежит там, подо льдом.
– Фууу, почему люди не убрали труп? – спросила Биана.
– Потому что он слишком высоко в горах и условия там слишком опасны. Помню, учитель говорил, что по всему Эвересту раскиданы сотни трупов.
– В жизни не слышал ничего печальнее, – тихо сказал Фитц. – Почему «Черный лебедь» выбрал именно его?
– Может, хотели напугать «Незримых», – предположил Киф. – Если так, то они явно справились!
– Но как вам туда добраться? – спросила Софи. – Вы не умеете телепортироваться, – хотя она тут же осознала, что сама теперь тоже не может, – а от входа в Убежище за три дня не добраться. Да и в любом случае вам понадобились бы проводники, баллоны с кислородом и годы тренировок. Восхождение на Эверест – одно из самых опасных людских занятий.
– Тогда зачем они на него поднимаются? – спросила Биана.
Софи спрашивала у учителя то же самое. И он ответил ей то же, что она сказала им.
– Чтобы проверить, смогут ли.
Биана поморщилась:
– Люди странные.
– Возможно, – согласился Фитц. – Но признай, каким нужно быть храбрым, чтобы посмотреть на огромные горы, зная, насколько они смертоносны, и подумать: «А знаете, что? Все равно на них взберусь!»
– Похоже на Фостер, согласитесь? – спросил Киф. – Может, поэтому она и установила новый рекорд пребывания одной ногой в могиле.
– Больше не установлю, – пробормотала Софи.
Теперь она будет просто расшифровывать сообщения и сидеть в теплом уютном домике, пока друзья рискуют ради нее жизнями.
– Не надо вам туда идти, ребят. Это безумие.
– Но ведь умно, – возразил Фитц. – Сама подумай. Если для нас это опасно – а у нас есть время на подготовку, – то каково будет «Незримым» очутиться на вершине горы. Уверен, «Черный лебедь» и это тоже учел.
– А к моей записке приложили подвеску, – добавила Биана, показывая крошечного черного лебедя.
Софи отвела взгляд. Ее попросту заменили.
Раньше это была ее подвеска.
– С ней вы все равно туда не доберетесь, – сказала она, помолчав. – По крайней мере без специального света.
– Да, но они, наверное, пришлют его в последний момент, как в прошлый раз, – напомнил Киф.
– Лучше надейтесь, что они пришлют кислород. Без него вам не выжить. И у вас нет подходящей теплой одежды. И потом, вы в любом случае столкнетесь с «Незримыми» – ловушка это или нет, но они будут драться…
Она умолкла, осознав, что говорит об отце Кифа.
Тот, бледный как смерть, вновь похлопал себя по рукаву с оружием.
– Нужно остановить его, пока он снова никому не навредил. Не Фитцу с Бианой, а мне…
– Мы пойдем с тобой, – возразила Биана.
– Да, мы тебя не бросим, – согласился Фитц.
Софи вздохнула:
– «Черный лебедь» просил сказать твоему папе, что они идут вместо меня?
– Я сказал, что Фитц пойдет помогать Силвени телепатически, раз ты не можешь. Но он не знает о Биане – и не узнает.
– Я – секретное оружие, – сказала та, вновь исчезая в доказательство своих слов.
Софи посмотрела в окно, глядя на подбирающееся к горизонту солнце.
– Тяжело сидеть и ничего не делать, когда вы рискуете жизнями.
– Вот уж точно, – произнес стоящий на лестнице Грейди, отчего все вздрогнули. – Вы серьезно думали, что я не стану слушать?
– Да, – признался Киф, глядя на спускающегося к ним Грейди. – Пожалуйста, не рассказывайте никому об отце. Если он узнает…
– Понимаю, – перебил Грейди, поднимая руку, чтобы его успокоить. – Но пока я не согласился, должен спросить: ты уверен, что он с «Незримыми»?
– Да, – выдохнул Киф, стискивая брошь Сенсенов.
Он не продолжил, так что Софи рассказала об арометке, найденной на руках Кифа, и о том, как «Незримые» постоянно их выслеживали. Грейди выглядел так, будто готов был убивать.
– Никому не рассказывайте, – напомнил Киф. – Пусть сначала выведет нас на остальных.
