В недалёком будущем команда учёных отправляется в космическое путешествие для проведения научных исследований. После преодоления половины пути один из ведущих специалистов неожиданно погибает, из-за чего всей экспедиции грозит провал. Единственное, что может спасти положение – запрещённый эксперимент с кодовым названием "Вечность".
Меня разбудили бурные разговоры, доносящиеся поблизости. Я открыл глаза и посмотрел, что происходит. В этой каюте кроме меня проживало ещё два человека, один из которых, ещё не встав с кровати, о чём-то спорил с стоящим рядом доктором Николсоном. Другой мой сосед по комнате, также как и я, недовольно смотрел сонными глазами на происходящее.
– Тик был самым лучшим специалистом в этой области! – сказал доктор Николсон. Это был худощавый мужчина 35 лет с чёрными волосами, большими очками на лице, одетый в белый халат.
– Ну, а я что сделаю? – спросил мой сосед по каюте, доктор Браун, вставая с кровати. Он был самым старшим на этом космическом корабле – ему было 67 лет. Он был очень худой, высокого роста и полностью лысый.
– Какой теперь смысл лететь туда без него? – не унимался доктор Николсон. – Что мы сможем сделать без доктора Тика?
– Стоп! Как это без Тика? – спросил я, тоже поднимаясь с кровати. Меня удивил такой поворот.
– Доктор Тик умер сегодня ночью, – тихо проговорил Николсон. – Сердечный приступ…
– Что?! – я был ошарашен.
– И что вы от меня хотите? – спросил Браун.
– Есть один способ… – сказал Николсон, сделав длинную паузу. – Эксперимент "Вечность" тогда закончился удачно.
– Нет! Ни в коем случае! – крикнул Браун, надевая штаны, а затем свой лабораторный халат. – Это запрещено!
– "Вечность"? Что это за эксперимент? – спросил я, тоже одеваясь.
– Доктор Браун несколько лет назад смог вернуть к жизни одного человека, – сказал Николсон.
– Этот эксперимент закрыли! – крикнул Браун. – Когда увидели, что показывают приборы, фиксирующие состояние этого человека!
– Ничего страшного бы не случилось, – сказал Николсон. – Вы же не пробовали! Всё бы нормализовалось. Всё было бы в порядке…
– Нет! – Браун грозно посмотрел на своего собеседника. – Не подходите ко мне больше с этим вопросом.
– Но…
– Нет! – рявкнул он, и доктор Николсон вышел из каюты.
"А что произошло с человеком, которого вернули к жизни?" – подумал я, но не решился спросить и пошёл в умывальную, чтобы привести себя в порядок, прихватив перед этим из своей тумбочки все необходимые для этого вещи.
Мы находились на борту космического корабля, отправленного на планету Лантр А, для того, чтобы провести там некоторые исследования. Всего здесь находилось 35 человек – это очень мало для подобных экспедиций, у нас был минимальный состав. Я был взят на борт в качестве одного из научных работников, которых всего было 6. Доктор Тик из нас был лучшим специалистом. Теперь, когда мы преодолели большую часть пути, я узнаю, что Тик умер.
"Да уж," – мысленно сказал я, уже добравшись до раковины, и плеснул себе в лицо водой. Справа от меня остановился мой приятель Марк. Он был моим ровесником, ему было 27 лет, и мы с ним всегда хорошо общались.
– Знаешь, что за эксперимент "Вечность"? – спросил его я.
– А? – он посмотрел на меня, выдавливая пасту на зубную щётку. – Я немного слышал об этом… Но совсем чуть-чуть.
– Что ты слышал?
Он посмотрел по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, начал тихо говорить:
– Доктор Браун проводил его с несколькими учёными и был там далеко не самым главным. Им удалось воскресить человека, но потом что-то произошло… Никто не знает, что именно. Браун говорит, что их удивили показания приборов, фиксирующих его состояние, но… Ты же понимаешь, что это всё просто отговорки… Что там произошло на самом деле неизвестно. Говорят, что этого человека им пришлось снова убить.
– Убить? – удивлённо спросил я.
– Да…
В умывальную зашёл доктор Браун, и Марк сразу замолчал и перестал смотреть в мою сторону.
"М-да, первая в моей жизни исследовательская командировка, а уже творится чёрт пойми что," – думал я. Исследовательские командировки стали популярны после 2130-х годов, когда начали появляться космические корабли с околосветовой скоростью передвижения. Поучаствовав именно в этой командировке, при условии, что она пройдёт успешно, я бы смог обеспечить себя на 20 лет вперёд. Но теперь, когда доктора Тика нет, её успех под сильным сомнением. Все это понимают и ищут любые способы, чтобы как-нибудь решить эту проблему.
Несмотря на то, что меня терзали беспокойства, день прошёл быстро (точнее тот отрезок времени, который мы считаем днём, мы ведь не на Земле). Я успел позвонить родителям и своим друзьям по квантовой станции связи и погулять по виртуальным лесам и пустыням.
Вечером мы шли к себе в каюту вместе с Марком, и к нам неожиданно подбежал взволнованный доктор Николсон.
– Срочное собрание, – сказал он, запыхавшись. – Все научные работники немедленно должны пройти в комнату информирования.
– Что? Зачем? – спросил Марк.
– Идём быстрее! – Николсон махнул рукой и побежал по коридору. Мы помчались вслед за ним, и вскоре уже были в нужном месте.
За трибуной стоял доктор Браун, а за столами напротив него сидело несколько человек, в том числе научные работники.
– Присаживайтесь, мы ждали только вас, – сказал Доктор Браун, показывая на свободные места. Мы сели за стол и стали внимательно смотреть на него, ожидая узнать причину собрания.
