Они отпустили Полину прямо на дороге, посреди ночи, возможно, в надежде на то, что ее подберет какой-нибудь отмороженный дальнобойщик, изнасилует и убьет. В этом случае проблема будет решена.
Полина торопливо пересекла дорогу и действительно сразу же остановила дальнобойщика. Предвосхищая его скабрезные вопросы, она протянула ему пятитысячную купюру. Но через несколько километров Полина велела ему остановиться и снова перешла дорогу. Нет, не вернется она домой, пусть Варвара и не надеется.
Она остановила легковую машину, щедро заплатила водителю, и тот нагнал ее автобус у самой Москвы.
Полина очень рисковала, поднимая с земли осколок стекла. Возможно, это был какой-то другой автобус. Водитель мог и не остановиться. И все же она полоснула себя осколком по плечам. Сейчас ей очень нужна была кровь, требовался резонанс.
Пес вилял хвостом, смотрел на Полину преданными глазами. Он очень хотел понравиться ей.
— Ух ты, хороший!
Полина ласково потрепала его по холке. Дядя Леша согласно кивнул. Все, теперь она обязана была взять Коржика себе на службу. Да Полина и не против. Собака уже взрослая, послушная, с такой никаких проблем не будет.
— Бояться тебе нечего, — сказал Хворостов.
— Ну, мало ли. Вдруг из службы опеки опять придут? — с усмешкой проговорила Полина.
— Да не вызывал я никого. Варвара позвонила.
— Кому?
— В службу опеки.
— А тебе?
— Зачем ей мне звонить? — Дядя Леша отвел взгляд в сторону.
— Да вот есть у меня подозрение, что микродинамики в доме стояли.
— Да, ты говорила. — Хворостов предостерегающе качнул головой.
Не верил он в прослушку и не советовал Полине делиться своими подозрениями с кем бы то ни было. Вдруг снова возникнут сомнения относительно ее душевного здоровья?
— Может, и не было ничего, — сказала Полина. — Но ты ко мне приходил, я тебе про Мишу на тракторе рассказала. В ту же ночь я шум услышала, как будто Миша за окном пахал. Как думаешь, это совпадение?
Не очень-то она злилась на Хворостова, но ей вдруг захотелось высказаться.
— Не будет больше Миши. Коржик теперь за окном бегать будет, тебя с Антошкой охранять. Ну и я заглядывать иногда буду.
— Заглядывай, дядя Леша. — Полина взяла Антошку на руки. — На примерную мать посмотришь. На то, как мы тут живем тихо и спокойно.
Хворостов кивнул. Да, он тоже хотел, чтобы у Полины все было хорошо. Так она и не жаловалась. Да, на животе шрамы, на плечах следы от стекла и пули. Зато Варвара в следственном изоляторе.
Добилась-таки Полина своего, изобразила жертву похищения и насилия. И свидетеля она нашла, и сама показания дала, обвинила сестру, которая не была родной.
Все-таки вскрылась правда. Родители на самом деле удочерили Варвару, взяли ее из детдома. Но разве это давало ей право ненавидеть Полину и желать ей смерти?
Следствие установило и еще один интересный факт, о котором Полина могла бы узнать от Вадима. Солгала Варвара. На самом деле Вадим оставил завещание. Большая часть наследства отходила Антошке. Именно поэтому Варвара и отобрала сына у Полины, а потом еще попыталась похитить ее и убить.
Глупо поступила Варвара и бестолково. Поэтому сейчас и сидит под следствием. Вместе со своим Махориным, которого звали вовсе не Германом, а Игорем.
Накрутила Варвара, намутила, всех запутала, стольких людей с толку сбила. Но закончилась ее ниточка, не будет она больше виться. Полина может спать спокойно, оберегать свое сокровище. Она не отдаст Антошку никому и никогда.
Дядя Леша ушел, Полина накормила пса, показала ему будку. Коржик долго обнюхивал свое новое место, ходил вокруг, приценивался, примеривался. Полина думала, что не захочет он селиться в будке, но нет, пес зашел в нее, да там и остался. Только нос высунул и глаза закрыл. Видно, умаялся в своих беспризорных скитаниях, захотелось ему тишины и покоя.
И Полина умаялась. Весь день как белка в колесе: то одно, то другое. Тяжесть в теле, зато на душе легко и свободно. Антошка рядом, а больше ей ничего не надо. Сейчас напарится в баньке, остудит ее немного, накупает Антошку. Потом они вместе отправятся спать. Ну, может, нальет себе стопочку наливки, банный день сегодня, как-никак. Вадима надо бы помянуть. И даже Мишу. Он тоже любил баньку.
Не хотела она затягивать дела дотемна, но закрутилась, заработалась. Стемнело уже, когда Полина наконец-то добралась до бани. Антошку она оставила в предбаннике, сама зашла в парную, дверь закрыла за собой не плотно, чтобы видеть сына.
Полина напарилась, нахлестала себя веничком, вспоминая, как поддавала жару вместе с Вадимом. Но тоски не было. Им с Антошкой на самом деле никто не нужен. Матери и сыну хорошо вдвоем.
Ветра сегодня не было, задуть он мог в любое время. Полина это понимала, однако напряглась, когда услышала, как открылась входная дверь.
На замок она ее не запирала, но захлопнула плотно. Значит, ветер здесь не при делах.
Полина поднялась с полка, распахнула дверь из парной и увидела Варвару. Та стояла на пороге, взлохмаченная как ведьма.
— Принимай привидение, чокнутая! — заявила Варвара и презрительно скривилась.
