Долгие годы пыталась стать лучшей версией не только себя, но и Его. В этом видела смысл жизни и уважение к Его памяти. Надо было просто научиться жить. Почему быть обычной мне казалось скучным? Я ведь по-другому жить не умею, почему бы не принять себя настоящую, уверена Он хотел видеть меня именно такой.
Вечность, юность и любовь
Запах холодный мяты уносил Киру во времена 16 лет, где страдания одного дня отдавались непроходимой болью.
Напротив сидела женщина средних лет – не яркая, но и не серая мышь. За острыми чертами её лица, коротко постриженными волосами и стеклянной оправой виднелось тепло и понимание, что так необходимы Кире.
Она решила доверить сокровенные события 13-летней давности этому психологу.
– Вы так детально помните события первой любви, обычно люди не зацикливаются на этом, для них первая любовь – это некий трамплин в мир отношений между мужчиной и женщиной.
– Это цинично, не находите? Или я кажусь вам слишком жалкой?
– Важнее знать какой себе кажетесь вы.
– Точно. В таком мягком кресле и перед таким опытным психологом это логичнее всего.
– Это сарказм над моим профессионализмом?
– Нет, люблю потешаться над собственными умозаключениями.
– Вы строги к себе. Слишком многого от себя ожидаете. Расслабьтесь.
Закрыв глаза, она готова вернуться в прошлое по коридорам памяти.
Цветущие деревья, теплый ветер борющийся с остатками зимнего холода, и земля, готовая цвести. Это называют началом новой жизни. Весной.
Небольшая аудитория окрашенная в зеленый цвет, полуоткрытые окна и легкие занавески, играющие под мотив весеннего ветра.
Солнечный свет играл на наивных и прекрасных лицах подростков. Первые парты занимала интеллектуальная элита класса, уверенная в силе образования и в своих возможностях. Последние парты занимали те, кто считал, что успех в жизни не зависит от оценок. А за партами по середине сидели такие, как Кира. Дети, не знавшие, чего хотят от жизни. Эти дети поступают в университет по указке родителей, а на втором курсе понимают, что это не то, чем они хотят заниматься. Кто –то из них, стиснув зубы, окончит ненавистный университет, кто-то решится на бунт и найдет в место по душе, а кто – то вовсе, не страшась огорчить родителей, бросит учебу. Вот оно – будущее средних учеников.
Крайний ряд, место у окна. Кира, несмотря на свой тихий нрав, с боем отбила это место себе. Ей нравилось, что за этой партой она может и прилежно учиться, и мысленно прогуливать урок. Никто не заметит ни первого, ни второго. Глядя в окно её сердце, как это часто бывает весной у юных девушек, кольнуло в мимолетном предчувствии первой любви. Легкая улыбка, замечание учителя, звонок.
***
Впервые я увидела Его сидящем на скамейке в школьном дворе. Погода в тот день была особенно жаркой для первых дней весны. Высокий и худой, с темной копной волос на голове. На первый взгляд обычный старшеклассник, но было в его глазах что-то трагичное.
Спустя три месяца заочного знакомства, я поняла, что Он не был ни отличником, ни хулиганом, ни занудой, ни душой компании, но что-то тянуло к нему. Его обожали за улыбчивость, искренность и усердие.
Он как тот ребенок, что играя с мячом на улице собирал вокруг толпу детишек, но стоило ему потерять интерес к игре, остальные дети делали тоже самое.
Вот и во время нашей первой встречи он не обращал на меня внимания сидел на скамейке с закрытыми глазами, направив лицо к солнцу.
Чем чаще Его видела одиноко сидящего на этой скамье, тем сильнее меня смущала улыбка, которую Он дарил всем. Я хотела узнать, что такого ужасного Он прячет от этого прекрасного мира за светлой улыбкой.
Спустя полгода с Его весеннего перевода в нашу школу мы впервые заговорили.
– Привет, ты ведь с параллельного класса? Кажется, тебя зовут Кира?
– Да, все верно. Я тебя тоже знаю. На скамейке часто загораешь.
– Хобби между уроками.
– Довольно странное для подростка, обычно так старички сидят, которым вот-вот на покой.
– От деда набрался, видимо.
***
Открыв глаза Кира вернулась в свои 29 лет, в мягкое кресло, где напротив нее сидит психолог.
– Вернемся в настоящее. Кем и где вы сейчас работаете?
– Сценаристом. Пишу сюжеты ко всяким сериалам, чаще всего любовные для взрослых домохозяек.
– Вы любите свою работу?
– Мне нравится придумывать новые миры и создавать персонажей для них.
– Уверены, что к 30 годам вы получили от молодости, все что желали?
– Нет. Я многое упустила из-за воспоминаний, из-за страха и не уверенности. Но не сожалею об этом. По крайней мере, стараюсь так думать.
– Вы амбициозный человек, Кира?
– Нет, я норма общества.
– А это плохо?
– Не знаю, до встречи с Ним, не задумывалась об этом, но после Него, поняла, что хочу стать кем-то особенным.
– Почему? Он вам это наказал?
– Отчасти да. Говорил, чтобы шла своим путем.
Поделившись своим прошлым, Кира почувствовала легкость на душе. Давно она себя так хорошо не чувствовала, но почему-то задергалась губа, и слезы одна за другой начали катиться по ее нежному лицу.
– Думаю, на сегодня хватит. Не стесняйтесь слез, это нормально.
Выходя из многоэтажного офисного комплекса, Кира поспешила засунуть в уши наушники и вновь услышать любимую песню.
