Алёна закрыла рот, так и не произнеся ни слова. Затем быстро кивнула. В голове началась бешеная работа мысли. Между тем эльф продолжил свой рассказ.
- Я думал, что отец Анюты – какой-то важный человек, из аристократов. Но это не так. Если верить словам девочки, он работает во дворце и «открывает двери». Думаю, кто-то вроде швейцара или нечто похожее. Не знаешь, где его можно будет найти?
Алёна помотала головой. Желания разбираться с похищенной крохой у неё не было никакого. Спасение Катерины занимало всю её целиком. Поэтому воительница просто отбросила лишнюю информацию, сосредоточившись на том, что вело к достижению цели.
- Я знаю, куда нужно идти. Отправляйтесь к Гиляю и сообщите, что его дочь находится в модном доме Расстегаева. Он знает, где это. Пусть отправляет туда всех, кого сможет.
- А что насчёт девочки? – спросил Эдмон.
- Меня это не интересует. Отведите её к Гиляю, пусть сам думает. Я не нанималась нянькой для сопливых девчонок.
Алёна повернулась и едва ли не бегом кинулась к выходу. Эльфы переглянулись. Филин только пожал плечами, давая понять, что отдаёт право выбирать старшему товарищу. Эдмон вздохнул и, повернувшись к тихо сидящей крохе, ласково произнёс:
- Мы сейчас выведем тебя отсюда и отведём к хорошим людям. У них есть вкусный чай и много конфет. Ты же любишь конфеты?
Малышка улыбнулась и кивнула. Затем шмыгнула носом и спросила:
- А потом вы отведёте меня к папе и маме?
- Конечно, отведём. Те дяди знают всё про всех. Они обязательно найдут твоих родителей. Так что, пойдёшь с нами?
Девочка кивнула и протянула крохотную ладошку. Эльф взял её аккуратно, нежно, и медленно пошёл к выходу. За время беседы Филин уже нашёл припрятанные в логове убийцы очки «чертогов», поэтому больше им здесь ничего не было нужно. Пусть с остальным разбираются столичные власти.
Дверь склада распахнулась, выбитая мощным ударом. Ярость и ненависть клокотали внутри, толкая Алёну вперёд, не давая даже секунды на то, чтобы обдумать ситуацию, выстроить хоть какое-то подобие плана или стратегии. Девушка сконцентрировалась на одной задаче, отбросив все остальные до того момента, как сумеет решить её. Увидь Прохор свою ученицу в таком состоянии, то был бы не просто недоволен, а впал бы в нешуточную ярость. Поведение Алёны нарушало все вколачиваемые им правила и наставления. Она рвалась навстречу гибели, ослеплённая собственным гневом. Витязь, который должен контролировать свои чувства и эмоции, растворился, уступив место мстителю, сметающему любые препятствия на пути.
Возница, дремлющий на козлах лениво трусящего по улице экипажа даже не успел заметить, как вылетевшая на дорогу фурия одним прыжком запрыгнула на сиденье. Он успел только почувствовать, как протестующе скрипнули рессоры, а уже через мгновение обнаружил приставленный к горлу острый клинок.
- Гони к модному дому Расстегаева! Живо, если хочешь жить!
Одного взгляда в бешено горящие карие глаза рыжеволосой девицы хватило, чтобы любые вопросы и сомнения испарились. Во враз опустевшей голове осталась только одна мысль – доехать до места назначения и избавиться от опасной пассажирки. Поэтому кучер просто щелкнул поводьями, давая лошадям сигнал мчать во весь опор.
Бешеная скачка по ночному городу нисколько не остудила кипящую кровь. Алёну так и подмывало соскочить на брусчатку и побежать. Слишком уж медленно скакали лошади, слишком медленно приближалась цель. Приходилось сдерживать себя, представляя лицо Катерины. Ярость кипела и бурлила, отчего пальцы ещё сильнее сжимали рукоять клинка.
Когда впереди показалось нужное здание, воительница не стала медлить. Не дожидаясь, пока экипаж остановится, она спрыгнула на ходу и рванула что было мочи. Кучер, обнаруживший пропажу пассажирки, тут же натянул поводья, сначала остановив скакунов, а затем развернув их в противоположную сторону. Обычно он колесил по городу до зари, но сегодня желание работать пропало полностью. Сегодня у мужчины осталось только одно желание – выпить за своё второе рождение. То, что он находился в шаге от смерти, было для него столь же очевидным фактом, как и ежедневный восход солнца.
Алёна бежала, чувствуя, как сильнее разгорается внутри тёмное пламя. Багровые язычки замелькали между рыжих прядей, окутывая голову пламенным ореолом. Магический огонь перетёк на ладони, а с них – на лезвие клинка. На этот раз девушка направилась прямо к центральному входу, не думая о скрытности и осторожности. Она даже не подумала о том, что будет делать, если дверь будет закрыта.
