— Это зелье было придумано мной и… моей возлюбленной. В те времена мы были молоды и полны жажды познания. Мы заинтересовались некоторыми легендами о непобедимых воинах. И решили создать зелье, которое могло бы сделать легенду реальностью.
Алёна слушала и кивала. Она мало верила в то, что какая-то выпитая дрянь может ей помочь, но была готова воспользоваться даже крохотным шансом.
- Зелье состоит из двух компонентов. Первый - сильный яд. Очень сильный, но не смертельный. Он доведёт тебя почти до самого края. Тебе будет плохо, очень плохо. Ты должна выжить всё время, пока яд будет действовать. В какой-то момент ты почувствуешь улучшение состояние и увидишь "изумрудное сияние".
- Что это ещё такое?
- Зелёная дымка вокруг предметов. Этот эффект продлится всего несколько секунд. Ты должна успеть принять второе зелье. Если опоздаешь хоть немного, всё пропало. Понимаешь? Ты должна применить второй компонент вовремя!
- Вряд ли во время боя у меня будет время выпить вторую склянку. Тем более, в столь короткий промежуток времени.
- Выпить? Это и не потребуется. Достаточно, чтобы хоть одна капля зелья коснулась твоей кожи…
Девушка уже не трепыхалась. Вампир открыл рот, обнажая клыки. Он чувствовал, как под тонкой кожей на шее пульсирует жилка. Кровь бежит по ней, всё быстрее и быстрее. Быстрее? Кровосос замер, не понимая, что случилось. Алёна подняла голову, посмотрев прямо в глаза монстра. Туман и беспомощность испарились из её взгляда. Теперь вампир видел там только пламя. Бушующее пламя бесконечной ярости.
Ударить в живот. Разорвать когтями плоть, вырвать кишки. Мысль мелькнула, а рука устремилась к цели. Молниеносно, быстрее, чем может увидеть глаз смертного. Обычного смертного. Но Алёна перестала быть ею, став живой легендой. Ожившей яростью, у которой имелась всего одна цель.
Когти врезались в кожу и сломались! Сократившиеся мышцы живота обрели прочность стали, превратившись в непробиваемый доспех. Вампир опешил, а в следующее мгновение его ударили в голову.
Наблюдатели на стенах молча смотрели на происходящее прямо у них на глазах чудо. Истерзанная, втоптанная в грязь девушка исчезла. На её месте жил ураган уничтожения. Вампир едва успевал вставать на ноги, как Алёна уже оказывалась рядом с ним, нанося следующий удар. Голыми руками девушка ломала эльфу кости, разрывала мышцы пальцами, превратившимися в подобие когтей дикого зверя. Властелин жизни, повелитель ночи, превратился в жалкого щенка, которого рвал на тряпки матёрый волкодав.
Несмотря на ярость в крови, сознание Алёны оставалось холодным и максимально сосредоточенным. Живя в невероятно ускоренном темпе, девушка не просто успевала наносить удары. Она "читала" каждое движение, каждое действие своего противника. Все те невероятные чудеса ловкости, которые проявлял вампир в начале схватке, теперь стали для неё детскими шалостями.
Прямой в челюсть - зубы хрустят, и их осколки вылетают из разбитого рта. Теперь в живот, захватить руку, вывернуть сустав. Вампир взвизгнул, пытаясь вырваться, но не смог. Алёна напрягла мышцы и просто оторвала твари конечность. Эльф упал на землю, держась за сочащийся чёрной жидкостью обрубок. Алёна остановилась на мгновение, а затем плавным движением наклонилась, поднимая с земли меч! Все предыдущие атаки, все удары привели их в то самое место, где она обронила своё оружие. Вампир понял, что его не-жизнь закончится здесь и сейчас. Странное дело, но он не испытывал страха. Скорее, его эмоцию можно было назвать облегчением. Эльф поднял голову к небу, посмотрев на вышедшую из-за облаков луну. Её холодный свет струился, такой мягкий, такой манящий.
Алёна направила силу в острый клинок. Булатное лезвие окуталось языками пламени. Воительница резко опустила клинок, разрубая шею, грудь, живот. Один удар - и вампир оказался разрублен надвое. Половинки тела упали на землю. Алёна подняла оружие к небу, закричав что есть силы. Ярость, кипящая в неё, изливалась в этом крике. И любой, кто его слышал, человек ли, зверь ли - всякий замер от страха, не желая стать жертвой этой ярости. Когда крик закончился, над лесом повисла тишина. Но это была обычная тишина, тайга очистилась от того зла, что пришло в её владения незваным. Лес вздохнул свободно, возвращаясь к своей привычной жизни…
Молодой заяц выбрался из кустов, где провёл ночью. Длинные уши вслушивались в звуки просыпающегося леса, нос втягивал запахи, выискивая среди них сигналы опасности. И нашёл один. Странный, никогда ранее не встреченный. Он был похож на дым от горящего леса, но чем-то отличался. Заяц, в другой ситуации уже убегавший бы со всех лап прочь, оставался на месте, продолжая вдыхать странный запах.
